3ve3da.jpg  [ХВВАУЛ-74] Харьковское Высшее Военное Авиационное ордена Красной Звезды Училище Лётчиков ВВС
им. дважды Героя Советского Союз
а С.И. Грицевца
homemail
< Август 2011 >
П В С Ч П С В
1 2 3 4 5 6 7
9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31        
Сообщения чата
Сейчас 438 гостей онлайн

PDF Печать E-mail
Рейтинг пользователей: / 6
ХудшийЛучший 
ЗАРНИЦЫ ПАМЯТИ. ЗАПИСКИ КУРСАНТА ЛЁТНОГО УЧИЛИЩА
Автор: Юрий Фёдоров   
 
0_1_49.jpg
Эпизод \\\\ [59й] ////
РАСКОЛОТОЕ НЕБО (Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!..)
[Седьмая часть]
ИМПЕРИЯ ВОЛКОВ

•>> Почему бог не хочет спускаться на землю.
•>> Эдд (оперативный псевдоним «Лòри»). Чувство цели.
•>> «В плену держат... Кого? Меня? Меня! Меня!! Мою бессмертную душу!!.»
•>> И к солнцу устремляется мой взгляд...
•>> Алекс (кодовое имя «Гранд»). Все цвета нежности.
•>> Кто и зачем засекретил некоторые дневники художника и путешественника Н.К. Рериха.
•>> Почему с офицерами разведки в милиции надо разговаривать вежливо, даже если приказано другое...

      ••>> Этой главы в том виде, в каком вы её видите сейчас, в первоначальном варианте книги не было (может быть, и не будет). Я десять месяцев не прикасался к рукописи – так не хотелось о некоторых вещах рассказывать. И думал, что эта повесть, моё продолжительное молчание останутся никем не замеченными...
      Но были письма... И оказалось, что есть читатели, которые продолжения ждут.
      Очень о многом из жизни моего героя не хотелось рассказывать... Но, как говаривала бесподобная Фаина Георгиевна Раневская, «Было много странного, чего нельзя забыть до смертного часа и о чём писать не хочется. А если не сказать всего, значит не сказать ничего».
      Например, в первоначальном варианте не было эпизода в отделении милиции и Рижского взморья, я не хотел говорить о полковнике КГБ Ладынине (если читатель помнит, в предыдущих главах я даже не называл этой фамилии, ограничившись его должностью – заместитель начальника контрразведки КГБ и званием), не было причин гибели Алекса, деталей прорыва Эдда в аэропорт (я ограничился общими фразами) и лейтенантов из спецназа ГРУ Крылова и Зайченко, и уж, конечно, раньше не было двух глав с Тенью (которые появятся в следуих эпизодах).
      Почему мне пришлось рассказать и об этом? Почему появилась Тень? Об этом пусть читатель попытается догадаться сам...
      Впрочем, так уж ли нужно обо всём в этой жизни знать и обо всём догадываться? Обо всём до конца...
<<••

     
icon1.gifEsse, quam videri!¹
icon2.gifПОРТРЕТ В ИНТЕРЬЕРЕ
••>> Эдд <<••
 << [оперативный псевдоним «Лòри»] >>
(продолжение)
 
      Действия людей – лучшие переводчики их мыслей.
Джон ЛОКК
<<••>>
      — Ответь мне, как чекист, — сказал он после молчания. — Ответь мне, как революционер. Зачем нужен этот человек в новом обществе?
      — Не знаю, — Боровой не двигался и смотрел прямо перед собой. — Наверное, не нужен...
Исаак БАБЕЛЬ, «Конармия»
<<••>> 
      Всё искусство управления состоит в искусстве быть честным.
Томас ДЖЕФФЕРСОН

      Назавтра милицейский протокол и рапорт Эдуарда были на столе у генерал-лейтенанта.
      В протоколе говорилось, что группа школьников, возвращавшаяся на велосипедах домой, решила сократить путь и выехала на встречную полосу движения транспорта. Водитель «Фиата» (государственный опознавательный знак |||||||||||||||||||||), появившись из-за поворота, избегая наезда на внезапно возникших перед ним велосипедистов, крутанул руль влево. Потом, из-за мокрого покрытия шоссе, не вписался в крутой поворот и на скорости 90-95 км в час сбил заграждение и слетел с насыпи. После удара о землю машина многократно перевернулась и загорелась. Водителя выбросило через лобовое стекло, от полученных травм водитель Александер |||||||||||||||||||||||||||||||||, гражданин ||||||||||||||||||||| (дипломатический паспорт |||||||||||||||||||||||||||||||||, карточка аккредитации |||||||||||||||||||||||||||||||||), не приходя в сознание, скончался.
      Доложили, что посольство будет переправлять гроб с телом «Гранда»…
      — Алекса! — вдруг поправил полковника Эдд и все в наступившей тишине уставились на Эдуарда.
      Генерал-лейтенант едва заметно кивнул и докладчик поправился:
      — Алекса… будет переправляться самолётом для доставки и захоронения на родине.
      — Когда? — спросил начальник Второго главка КГБ.
      — Пока не выясняли!
      И тут Эдик, повинуясь безотчётному чувству, громко проговорил:
      — Завтра, в 14 часов! Вопрос уже согласован в МИДе. Я проверял!..
      Начальник контрразведки КГБ внимательно посмотрел на Эдуарда и после непродолжительной паузы кивнул.
      На совещании была дана высокая оценка полученным от Алекса материалам.
      Все хвалили Эдика. Генерал-лейтенант сказал, что он представляется к ордену.
      Офицер ГРУ никак не реагировал на это.
      Потом встал и потребовал вместо ордена разрешить ему присутствовать в аэропорту при отправке тела парня.
      Наступила пауза. Генерал-лейтенант взвешивал просьбу и пытался понять, зачем это нужно Эдуарду. И отказал.
      Но Эдд настаивал.
      Ему снова отказали.
      — Этот человек работал на нас. И добыл важные, по вашей оценке, документы! Ну, и что, что не давал расписки! Он работал без расписок, хоть и немного, и... и не зависимо от причины. Парень заслуживает почести, не меньше, чем живущий у нас Ким Филби!
      — Может быть, ему ещё почётный караул выставить? Устроить салют наций? — съехидничал кто-то.
      — Неплохая идея! — огрызнулся Эдд. — Я бы выставил и устроил!
      — К счастью, пока это ещё не вы здесь решаете!
      — В данном случае уместно, выражение: «к сожалению»! Но моё присутствие в аэропорту – не почесть, а человеческий долг!
      — Разведка, майор… — заметил полковник Ладынин, заместитель начальника контрразведки КГБ (назовём, наконец, мы его).
      — Я знаю!..
      — Запрещаю! — повысил голос генерал-лейтенант. — Это вам не пансион благородных девиц и не Пажеский корпус! Категорически запрещаю!
      — Если вы мне не разрешите…
      Обещать, что всё равно он окажется в аэропорту, было глупо: его тут же на пару дней насильно изолировали бы в госпитале, а, возможно, и в камере. Благо последние здесь, на Лубянке, ещё не перевелись.
      — Если мне не разрешите вы, — тихо, но твёрдо произнёс Эдд, — я обращусь к Председателю Комитета Государственной Безопасности СССР!
      Садится, достаёт из папки чистый лист бумаги и в наступившей тишине быстро пишет:
 
«Совершенно секретно!
  Экз. единств.
     
  Председателю Комитета Государственной Безопасности
  Генералу армии Юрию Владимировичу Андропову. 
  По оперативному делу «Бросок ибриса». Срочно!

      В связи с возникшей оперативной необходимостью маскировки проведенной операции перед разведкой легальной резидентуры посольства ||||||||||||||||||||||||||, прошу Вас принять меня по вопросу моего присутствия в аэропорту при отправке тела погибшего (дата) объекта разработки («Гранда»).
       (дата, время) Лòри».

      Затем достаёт из своего же портфеля бланк реестра и спецконверт, вкладывает в него сложенный лист, снимает защитную полоску с клапана конверта, прижимает и проводит рукой. Всё! Такой конверт без повреждения вскрыть уже невозможно!
      Сверху пишет точно такую же шапку, как на документе и тоже ставит дату и время.
      (Дата и время были нужны для того, чтобы не дать возможность коллегам из контрразведки попытаться сманипулировать содержим конверта.)
      Поднимает глаза на генерал-лейтенанта КГБ:
      — Юрий Владимирович разрешил и даже, помнится, вменил мне это в обязанность, обращаться к нему лично по всем вопросам проводимой операции, если возникнет в этом необходимость! Я считаю, что такая необходимость возникла!
      Ситуация явно выходила из-под контроля. Генерал-лейтенант КГБ посмотрел на генерал-лейтенанта ГРУ, сидящего слева от Эдда. В какой-то мере он искал поддержки и помощи. Но военный разведчик глянул на коллегу из КГБ и развёл руками: мол, ничего сделать не могу, действительно такой разговор с Председателем был и это право Эдуарда. На самом деле генералу ГРУ хотелось как-то насолить коллегам за то, что они настояли вопреки мнению начальства военной разведки на привлечение Лòри к операции, проводимой самим Комитетом.
      Эдуард встаёт, подходит к столу начальника контрразведки, с неимоверной наглостью нащупывает кнопку вызова помощника и жмёт её. Вошедшему капитану он передаёт конверт:
      — Прошу вас срочно передать в секретариат Юрия Владимировича!
      Помощник вышколено посмотрел на своего шефа, чуть наклонил голову, пытаясь уловить взгляд начальника. Тот даже не посмотрел в его сторону, а лишь едва заметно кивнул. Только после этого капитан принял конверт.
      — Распишитесь в реестре!.. Вот здесь! Так!.. Прошу указать время!
      Помощник выходит, а Эдуард идёт к своему месту.
      Десяток пар глаз провожают его.
      Начальник Второго главка, вздохнув, продолжает совещание, охватывая круг вопросов, включающих мероприятия по завершению операции. Обсуждались и другие, теперь уже неинтересные Эдуарду детали.
      Потом вдруг генерал прерывает очередного выступающего фразой, обращённой к Эдику:
      — Неужели вы, майор, в самом деле, думаете, что Юрий Владимирович позволит вам присутствовать в аэропорту при отправке тела... тела погибшего Алекса? Сейчас он вызовет меня, спросит моё мнение... Как вы думаете, что я ему скажу?.. И какое после этого последует решение Председателя?.. Разведчик должен уметь просчитывать ситуацию и не делать глупых шагов, которые не приведут к желаемому результату!..
      Он не договорил. В это время в дверях снова появляется помощник и тихо что-то шепчет генерал-лейтенанту. Тот глянул на капитана:
      — Что вы шепчете мне, как парень – девке на завалинке! Это можно сказать громко!
      Капитан выпрямляется и чётко докладывает:
      — Юрий Владимирович просит вас, если вы освободились, зайти к нему!
      — Вы свободны!
      Помощник чётко поворачивается и отходит. Но на этот раз кабинет не покидает, останавливается у двери и разворачивается к присутствующим.
      Генерал-лейтенант побарабанил пальцами по столу:
      — Ну, вот и завершающая точка в нашем споре. — И ко всем: — Перерыв, товарищи! Прошу не расходится! Думаю, это ненадолго!
      Поднимается и выходит. За столом оживление. Кто-то встаёт со своего места и выходит, чтобы перекурить, кто-то переходит на диван. (Когда ещё в кабинете шефа можно ещё так вольно посидеть на нём?)
      Генерал-лейтенант ГРУ склоняется к Эдду и тихо говорит, что похлопочет для него об отпуске. Но со стороны этого никто не видит, просто шеф что-то важное говорит своему подчинённому, а тот внимает словам своего руководителя и кивает.
      На самом деле Эдуард взвешивает шансы того, будет ли ему дано разрешение. И приходит к выводу, что, скорее всего, нет!
      Действительно, сейчас Андропов спросит мнение начальника контрразведки «всея КГБ», тот, конечно же, выскажется в категорической форме против. Что, Председателю КГБ портить отношения с руководителем одного из профильных Главков? Из-за чего? Не такой уж это принципиальный для шефа вопрос! И что тогда делать Эдду? Нарушать все предписания руководства? Да его так обложат со всех сторон, что он даже мухой не пролетит к самолёту, на котором будут отправлять тело Алекса!
      Останется просить разрешения лишь посмотреть издали...
      Хоть издали...
      Эдд тяжело вздохнул.
      Тут взгляд его упирается в ставшую к этому времени пухлой папку оперативной разработки «Гранда». Эдик протянул руку и пододвинул дело к себе. Заместитель начальника Второго главка ГБ полковник Ладынин (назовём, наконец, мы его), занятый неспешной беседой с одним из офицеров управления, отреагировал поздно, и Эдд папку открыл. Пролистал несколько страниц с милицейскими протоколами, его подробным рапортом, фотокарт документов и позитивными копиями копирок, добытых Алексом с их переводами на русский...
      Потом справки, справки, заключения... Опять справки и снова заключения...
      И... вдруг взгляд разведчика натыкается на справку Технического отдела КГБ.
      Пробежал быстро глазами и окостенел!
      Нет! Не может быть!
      Снова перечёл...
      Это была информация об обработке спецсоставом «||||||||||||||||||||||||||||||||-10» салона автомашины «Фиат» (государственный опознавательный знак |||||||||||||||||), машины Алекса. Последняя обработка... Чёрт! Когда же?.. Ага, вот! Последняя обработка была... в ночь перед гибелью парня!
      Эдуард медленно поднял глаза на полковника, который тревожно встретил этот взгляд.
      Эдд поворачивается к офицеру Техотдела:
      — Вы обрабатывали салон автомашины «Гранда» «||||||||||||||||||||||||||||||||-10»? И в ночь перед его гибелью?!
      Полковник Ладынин протянул руку за делом, но Эдуард решительно придвинул папку к себе! А генерал ГРУ берёт её из рук Эдика и быстро начинает читать справку.
      Так! Теперь из генеральских рук полковнику папку уже запросто не добыть!
      А Эдд ждал ответа.
      — Насколько я понимаю, цифра «10» говорит о высокой концентрации средства, притом, что пределом есть «12»... Я не ошибся? В данном случае это не название, а концентрация? И вы продолжали такую обработку до последнего дня?
      — У нас есть распоряжение Второго главка о начале обработки, о конце... — подполковник быстро глянул на заместителя начальника контрразведки и довольно крупный кадык сделал нервный глоток. — О конце... Мы не получали такой команды!
      — Как?! — переводит взор Эдуард на Ладынина. — И после нашего разговора, вы не прекратили обработку салона? Я же категорически запретил это делать! — И для вескости добавил: — Вы же могли убить нас обоих!
      — Мы просто не успели... — тихо проговорил потемневший лицом полковник и перевёл взгляд на генерала ГРУ.
      Дело приобретало для него нешуточный оборот!
      — Не успели, что? Угробить обоих?
      В это время с листом в руке появляется начальник контрразведки КГБ. А помощник, стоявший у двери и во время отсутствия шефа наблюдавший за всем, что происходит в кабинете, молча, не дожидаясь команды (видимо, это уже отработано), выходит.
      Генерал-лейтенант КГБ садится на своё место.
      Посмотрел на Эдда. И почему-то улыбнулся.
      — Председатель не будет вас принимать. Он просил извиниться за него. Что касается поставленного вами вопроса... При отправке тела «Гранда» вам, товарищ майор, Юрий Владимирович присутствовать в аэропорту… — генерал намеренно говорил медленно и в этом месте сделал паузу. — Присутствовать в аэропорту... разрешил!
      О, как нелегко давались генералу эти его слова! А Эдд на мгновение прикрыл глаза и внутренне облегчённо вздохнул.
      «Разведчик должен уметь просчитывать ситуацию...»
      М-да! Это как к нему, к итогам его работы должен относиться Председатель КГБ, что не стал учитывать мнение начальника Второго главка?! А, может быть, здесь сработали более высокие материи, о которых не успел Эдуард подумать?
      «Надо будет обмозговать это всё вечером! — решает Эдик. — Что он там ещё говорит?»
      А шеф контрразвелки КГБ говорил далее немаловажные вещи:
       — Ваше присутствие в аэропорту будет обеспечено в боевом отношении!
      Эдуард и генерал ГРУ посмотрели друг на друга. Оба сразу смекнули, о чём речь! И вскочивший, было, вопрос «зачем» так и не прозвучал.
      — Как видите, вы нам создаёте дополнительные проблемы! — Он помолчал и побарабанил пальцами по столу. — Я хочу вас предупредить, майор! При малейшей попытке взойти на трап литерного самолёта, на борту которого планируется перевозить груз под дипломатическим прикрытием, или хотя бы опасно подойти к нему, вы будете ликвидированы! Не смотря ни на что!
      Эдуард изнутри обомлел. Вот она, жестокая реальность работы разведчика! Вот почему, кагэбэшники противились его присутствию в аэропорту при отправке тела Алекса – они не хотели себе лишней головной боли! Начальник Второго главного управления не собирался идти с планом операции к Председателю – зачем ему нужен был этот геморрой? Но Председатель распорядился, и теперь «боевое обеспечение» будет.
      Но Эдду было неприятно другое. Получается, ему не доверяют! Его подозревают в том, что он может захотеть изменить Родине, сбежать на иностранном воздушном судне с дипломатами за кордон!
      «А, собственно, что ты хотел? Да, у тебя и в мыслях не было «уйти» к противнику, ты никогда не думал стать предателем! Но кто об этом знает? Только ты! А КГБ не может влезть в твою шкуру. Они должны предвидеть все варианты и снять возможную проблему загодя! Поэтому тебя и предупредили: не рыпайся – застрелим! У нас всё под контролем! Если у тебя есть такие мысли, сбежать тебе не дадут – ты слишком много знаешь, чтобы рисковать! Да и будем честны перед собой: ты, дорогой Эдд, тоже, будучи на месте Председателя или начальника контрразведки КГБ принял бы все меры предосторожности: чужая душа – потёмки! Поэтому обижаться тут не на что! Хотел быть разведчиком – ты им стал! Кушайте, что подают! Танцуйте, как сказано!»
      Генерал-лейтенант посмотрел на часы:
      — Через пять часов я убываю в командировку в ГДР. Так распорядился Председатель. Поэтому мероприятия по оперативному обеспечению возложены на вас, Вадим Александрович! — обратился генерал к своему первому заму, полковнику Ладынину.
      Тот кивнул и попытался развить эту тему, чтобы разговор не вошёл в неприятную для него плоскость.
      Но Эдуард его оборвал, обратившись к руководителю операции:
      — По аэропорту я всё понял, товарищ генерал! Можете быть спокойным: применять боевые оперативные средства не понадобится! А вы, вы в курсе, что салон автомобиля Алекса по приказу вашего заместителя до последнего дня обрабатывался аэрозольными специальными психотропными средствами? Что именно это средство резко снижает критичность мышления и... и реакцию водителя? Потом посмотрел на технаря: — И реакцию водителя тоже? Ведь так?
      Тот, молча, кивнул. Генерал-лейтенант уловил этот кивок. Затем перевёл взгляд на своего заместителя. Тот сидел с потемневшим лицом.
      — Помнится, вы запретили вносить в план операции любые изменения без вашей санкции. И своим заместителям тоже! Я ничего не путаю?
      Шеф контриков привстал, протянул руку и переместил папку оперативной разработки Алекса к себе, Эдд при перемещении дела придержал листы рукой, чтобы папка не закрылась.
      Генерал быстро опустил глаза на документы и пробежал глазами справку.
      — Концентрация десять?
      Подполковник из Техотдела снова кивнул.
      Краснота шеи медленно стала подниматься от ворота рубахи к генеральскому лицу. И Эдд знал эту особенность у некоторых людей: за этой краснотой неизбежно следовала малосдерживаемая вспышка гнева. Именно это свойство было замечено Эддом у своего командира дивизии, когда он был ещё лейтенантом в строевой части.
      Возможно, для того, чтобы предотвратить эту вспышку, Эдуард спросил у подполковника-технаря то, что уже, по сути, было подтверждено:
      — На реакцию водителя в критической ситуации это средство могло повлиять?
      — В концентрации «10» безусловно! И не в критической тоже! Это наш эксклюзив! Такого препарата нет даже у вероятного противника! Мы предупреждали: в такой пропорции данное средство можно использовать только в помещениях при полной уверенности, что в течение 20-30 минут после воздействия на органы дыхания субъект не будет управлять транспортными либо авиационными средствами, не станет брать в руки оружие, чистить и применять его...
      Эдд решил нужным подчеркнуть:
      — Как видим, даже чистить оружие нельзя! По условиям операции применение всех спецсредств по отношению к субъекту разработки, все технические приёмы предварительно должны согласовываться со мной! «||||||||||||||||||||||||||||||||-10» начали применять без этого и даже вопреки моему согласию. Когда мне об этом полковник Ладынин сообщил, я, прекрасно сознавая возможные последствия этого нового психотропного препарата, в категорической форме потребовал отмены обработки!
      — Почему вы сразу не обратились с этим ко мне?
      — Мне был сказано, что это санкционировано вами! — Генерал быстро глянул на своего заместителя. Тот промолчал. — Я настаивал. Тогда меня заверили, что всё будет отменено! Однако из этой справки следует, что использование сего средства продолжалось... Вопреки всему!
      Эдуард говорил тихо, но уверенно, чеканя каждое слово.
      Затем посмотрел полковнику прямо в глаза и тихо сказал:
      — Это вы его убили! Это вы завалили превосходно задуманную и хорошо начатую операцию! Это вы подстрелили нашу птицу прямо на взлёте! Столько усилий и всё коту под хвост! Ради чего?
      Полковник Ладынин перебирал бумаги, лежащие перед ним. Генерал-лейтенант уже справился со своей вспышкой гнева, и, бросив испепеляющий взгляд на своего зама, тихо, с неделаной угрозой в голосе произнёс:
      — Вам что, надоело носить на плечах погоны офицера КГБ? — даже Эдуард не ожидал столь жёсткой реакции контрразведчика. — Я назначаю расследование! Готовьте объяснительную! И подробно! Кто, когда! Чья инициатива? С кем согласовывалось! Почему не прекращено после последовавших, как теперь выясняется, возражений! И, между прочим, довольно разумных!.. Вы тоже, — обратился он к подполковнику-технарю... — Затем посмотрел на циферблат именных часов, полученных ещё из рук всесильного Абакумова. — Я улетаю в Берлин, буду через четыре дня!.. Разберёмся, ||||||||||||||||| ||||||||||||||||||||||, — генерал обратился к Эдду по имени и отчеству. — Разберёмся! Думаю, хорошо разберёмся!..
6CDEC6_1.JPG
>> За одним из этих окон планировалась та самая операция, а потом проходило то самое совещание... <<
 
Nuda veritas²

      <<♦>> Человек должен любоваться самим собой. Лишь понравившийся самому себе сумеет понравиться и другим.
Эразм РОТТЕРДАМСКИЙ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Выхожу один я на дорогу,
      Предо мной которая легла.
      Ночь тиха, пустыня внемлет богу...
      Это всё нам партия дала!..
Роберт РОЖДЕСТВЕНСКИЙ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Ложь – естественное состояние разума, он умудряется обманывать даже самого себя.
МЕЙДЗИН (наст. имя Алексей ГУСАРОВ)
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Бог не хочет спускаться на Землю, потому что боится, что спецслужбы сделают из него подопытную свинку.
МЕЙДЗИН (наст. имя Алексей ГУСАРОВ)
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Себя судить куда трудней, чем других.
Антуан де Сент-ЭКЗЮПЕРИ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Мы сами создаём окружающий нас мир. Мы получаем именно то, что заслуживаем. Как же мы можем обижаться на жизнь, которую создали для себя сами? Кого винить, кого благодарить, кроме самих себя! Кто, кроме нас, может изменить её, как только пожелает?
Ричард БАХ, америк. писатель, в прошлом проф. пилот и авиаинструктор
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Все на свете любят игру; и люди самые благоразумные охотно отдаются ей, пока не увидят всех сопряженных с нею насилий, уловок, заблуждений, потери денег и времени, пока не поймут, что на неё можно затратить всю жизнь.
Шарль Луи де МОНТЕСКЬЕ, фр. писатель, правовед, философ, публицист
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Высота одиночества не для слабых ребят.
      Мозги взорваны строчками, а в сердце пушки гремят.
      Хоть победа осознана, да не радует слог.
      Небо полное воздуха, а дышать тяжело.
Александр РОЗЕНБАУМ, «Высота одиночества»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Каждому человеку в течение дня представляется не менее десяти возможностей изменить свою жизнь. Успех приходит к тому, кто умеет их использовать.
Андре МОРУА (наст. имя Эмиль ЭРЗОГ), фр. писатель, литературовед
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Теперь понятно, откуда ноги растут!
Из худ. к/ф-ма «Петя и Волк»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Ты просто не создан для этой работы!
      — А ты?
Из худ. к/ф-ма «Залечь на дно в Брюгге»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Ты хочешь, чтобы я тебе это объяснила? Зачем тебе это нужно знать?
      — Незачем!
Из худ. к/ф-ма «Городской пейзаж»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Здесь что-то неладно?
      — Не ладно? Не то слово! Полный бардак!
Из тел. худ. сериала «Цыганки»
<<♦><><♦>>
      — Поражён?
      — Должен сказать, да!
Из франко-итал. худ. к/ф-ма «Король фальшивомонетчиков»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Первый раз такое вижу!
      — Может, никогда больше не увидишь ни этого и всего остального! Это будет зависеть от тебя!
Из фр. худ. к/ф-ма «Босс»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Да, неувязочка получается!
Из худ. к/ф-ма «Тридцать три»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — С вами всё ясно, товарищ Стамбулянский!
Из худ. к/ф-ма «Последнее лето детства»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Мне кажется, что в этом виде это лечению не подлежит!
Из телепередачи «Минута славы», эфир 23.04.2010 г.
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Он погубил мою карьеру!
      — В этом он мастер, и свою – тоже! Не смотри так, я говорю правду!
Из америк. худ. сериала «Калифрения»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — По-вашему, мы сделали ошибку?
      — Не знаю! Я даже не знаю, зачем мы это сделали!
      — Ваш аргумент у Кадди прозвучал убедительно!
      — Возможно, для тебя!
Из америк. худ. сериала «Доктор Хаус»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Всё будет зер и даже гут!
Из худ. к/ф-ма «Риорита»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Похоже, шоу продолжается!
Из худ. к/ф-ма «М+Ж»
0_1_50.jpg
icon1.gifCaput lupinum³
 icon2.gif ПОРТРЕТ В ИНТЕРЬЕРЕ
••>> Эдд <<••
<< [оперативный псевдоним «Лòри»] >>
(продолжение)
<<•• ЧУВСТВО ЦЕЛИ ••>>
 
      — Поймали меня! В плену держат меня! Кого? Меня? Меня! Меня!! Мою бессмертную душу! И всё это моё! И всё это во мне! И всё это я!
Из худ. к/ф-ма «Война и мир»
<<••>>
      Пусть не хватает сил, но твоё желание похвально.
ОВИДИЙ
<<••>>
      — Я приехал не убивать...
      — Тогда убьют вас!..
Из худ. к/ф-ма «Человек с бульвара Капуцинов»

       Ночь была почти без сна. Эдуард снова глушил себя кофе.
      Наутро Эдд встал пораньше, сделал зарядку, принял душ. Но на сердце было неспокойно. Поехал на базар, чтобы купить цветы. И увидел, что от самого дома его «повели». И довольно плотно.
      «Так! Начинается! Чудненький сегодня выдался день!»
      И Эдуард, изменив планы, поехал в госпиталь, взяв с собой своего сослуживца Юрия и фотоаппарат.
      Получил амбулаторную карту, прошёл всех врачей. А у хирурга, попросил Юрия сфотографировать его в полностью обнажённом виде со всех сторон. Хирург в карте написал, что следов видимых травм и физического воздействия (гематом, следов побоев, порезов, ушибов и пр.) не обнаружено, и что в его присутствии было произведено фотографирование офицера в обнажённом виде со всех сторон его коллегой. Подобное заключение и само фотографирование врача не удивило: он знал, где служил, лишних вопросов не задавал – значит, так надо разведчикам!
      С Юрием они вернулись в «Аквариум». Фотоаппарат и амбулаторную карту Эдд кладёт в свой сейф на видном месте, тщательно запер его и включил сигнализацию. Потом поехал на рынок.
      Следом, попеременно сменяя друг друга, за ним на приличном расстоянии следовали топтуны.
      Перед рынком Эдуард посидел в машине. (Соглядатаи припарковались поодаль.)
      Эдд не только и не столько наблюдал за ними. Он не выходил из машины «для дела»: указательными пальцами он энергично массировал подколенные впадины на обеих ногах справа и слева. Это были секретные точки акупунктуры, рекомендованные разведчикам, чтобы на ближайшее время купировать боль или, по крайней мере, снять остроту её. Затем обработал точки на голове, чтобы закрепить полученную организмом команду на продолжительное время.
      Через семь минут Эдик вышел и направился к рядам, торговавшими цветами. Не торгуясь, взял букет роз и направился к машине.
      Неподалёку уже заметил «Жигулёнок» Госавтоинспекции и двух офицеров милиции, один из которых, капитан, был ну очень толстым. Ожирение (наверное, сотой степени), диабет, сердечная недостаточность и прочий набор болезни у него или был или он этим кончит...
      «Та-ак! Начинается! Ну, Эдик, держись!»
      Он подходит к «Волге», кладёт цветы на её крышу и начинает отпирать. Краем глаза фиксирует приближение гаишников. Эдд сделал вид, что замок не поддаётся и никак не хочет отпираться.
      — Старший инспектор ГАИ капитан Хохлов! — представляется толстяк.
      И Эдд подумал: «Да, наверное, очень тяжёлая служба у этого носорога!»
      — Это ваша машина?
      — Да, моя!
      — Права, документы на машину!
      — Пожалуйста!
      Бегло глянув бумаги, капитан суёт их в боковой карман.
      — Следуйте за нами в отделение!
      — А в чём, собственно, дело?
      — В шляпе! Там вам всё объяснят!
      — Я – сотрудник Комитета госбезопасности! Вот моё удостоверение! — Эдд лезет в боковой карман, опускает туда ключи от «Волги», вытягивает красные корочки удостоверения-пропуска в здание на Лубянке, открывает их для обозрения.
      Хохлов почти вырывает документ из рук Эдуарда:
      — Фальшивка! Руки на крышу авто!
      И с силой разворачивает Эдика спиной к себе.
      — Мы тебя давно-о-о ищем!
      Бегло ощупывает одежду Эдда, похлопывает по карманам, проводит по его ногам. Затем возвращается к пиджаку. Левой рукой нащупал оружие в плечевой кобуре, и правой лезет за пистолетом.
      Эдд вяло подумал:
      «А вот то, что твоя правая рука оказалась дальше середины моего тела и с левой стороны, ты напрасно сделал! Сейчас я мог бы захватить её, навалиться всем телом и грохнуть тебя виском об автомобиль! Неужели в ментовке этому не учат?»
      Но разведчик лишь пассивно наблюдал за ошибками мента. И позволил овладеть своим пистолетом.
      — Ого! Он ещё и вооружён! Сука! Руки назад!
      И хотя Эдик не сопротивлялся, Хохлов сильно бьёт его по почкам. Эдд только охнул и чуть присел. Затем мент с силой заламывает правую руку разведчика за спину. Щёлкнули фиксаторы браслета наручника, затем и левая рука оказалась скованной.
      — Капитан! Вы напрасно это делаете! Через несколько часов, максимум через сутки вы поймёте свою ошибку!
      — Не разговаривать! Вперёд!
      Эдда усадили в милицейские «Жигули» и повезли куда-то в ментовку.
      В отделении заводят в довольно просторную комнату, в которой находились милиционеры: капитан со шрамиком над верхней губой, стройный лейтенант с довольно броской, очень красивой внешностью и сержант с мужественным лицом и шрамом на щеке (вероятно, от ножа).
      — Вот! Задержали! Того самого, по ориентировке! Краденая машина, фальшивое удостоверение КГБ и оружие!
      Всё это Хохлов выкладывает на стол.
      — Ого! — берёт в руки пистолет Эдуарда капитан.
      Вытаскивает обойму, затем ставит её на место. Документы не смотрит, видимо, им всё известно!
      — Товарищ капитан! Прошу вас немедленно позвонить по телефону: ***-**-** оперативному дежурному КГБ и сообщить о задержании! Это ваша обязанность!
      — Оформляй! — капитан с ленцой говорит лейтенанту. — Потом разберёмся!
      Тот усаживается за стол и начинает писать протокол.
      Эдика опять обыскали. Достали портмоне, ключи служебного сейфа и от машины с секретным брелком.
      Хохлов, получив свои наручники, уходит, на ходу вытирая пот со своего жирного лица.
      Эдд отвечает на вопросы лейтенанта для протокола, осматривается.
      Капитан продиктовал серию и номер пистолета, серию и номер удостоверения и прячет оружие и корочки Эдуарда в сейф.
      — Распишитесь! — лейтенант поворачивает протокол задержания Эдику.
      — Вы позвоните оперативному дежурному КГБ? Телефон: ***-**-**...
      — Расписывайся! — с нажимом говорит капитан, подходя к Эдику справа.
      — Здесь сказано, что у меня есть следы побоев на теле. Утром я прошёл всех врачей в ведомственном госпитале, никаких следов побоев у меня не было и нет!
      — Как нет? А это что?
      Эдик, зная, что за этим последует, сам быстро поворачивается к капитану, чтобы встретить удар в напряжённое тело и получает мощный тычок под дых.
      Отдышался. Выпрямляется.
      — Не делайте этого, капитан! Завтра вы явно почувствуете себя не в своей тарелке! Я – майор, офицер разведки!
      — Да что ты говоришь! Разведчиков мне ещё бить не приходилось!
      И Эдд снова получает удар в живот. Затем удар по загривку сбивает нашего офицера с ног.
      Я понимаю сердобольного читателя. Если он хоть как-то симпатизирует нашему герою, ему хотелось, чтобы первого же удара Эдуард разметал там всё в отделении всех и вся, чтобы эта беспредельная кодла получила хороший урок. А потом догнал на милицейском «уазике» жирного гаишника, чтобы и тот получил своё... Скажу по секрету: мне тоже этого очень хотелось бы. Но в тот час ничего такого не случилось. Ну что ж тут сделаешь? Не было этого! Ещё раз: я пересказываю, а не сочиняю!..
      — Встать, «майор разведки»! Подписывай!
      Эдик вытирает выступивший пот рукой. Затем берёт протокол в руки. Начинает его читать. Просто для того, чтобы отдышаться.
      — Ту написано, что претензий к органам милиции у меня нет! Я не стану этого подписывать! У меня есть претензии к органам милиции!
      Эдда ударами снова сбивают с ног. А потом он почувствовал мощные тычки ногами по корпусу. Как прикладами. Отметил: в лицо не били, значит, всё это санкционировано. Всё ясно! Как и следовало ожидать, им дан приказ запугать и сломить разведчика. А потом просто задержать. До утра...
      Эдуард сгруппировался. Старался не дать возможности попасть ударами в пах и по почкам.
      — Ну что? Подписывать будешь? — Эдд сам медленно поднимается. — Я спрашиваю: будешь подписывать?
      — Нет! — прохрипел в ответ разведчик. — Говорите, вы ещё не били офицеров нашей разведки? Но и не знаете, как бьют в разведке... Завтра вам предстоит...
      И получает удар в живот!
      — Воротов! Займись им! — командует капитан красавцу-лейтенанту.
      И тот, выпрямив Эдика за ворот, с усмешкой врубает кулаком по его корпусу, целясь в низ живота, а, возможно, и по яйцам.
      Не попал ни туда, ни туда – разведчик увернулся!
      — Не делайте этого, лейтенант!.. Если не хотите... завтра... остаться калекой!
      Новый удар в живот сгибает Эдда пополам. Найдя силы, он разгибается. И, улыбаясь в красивое лицо лейтенанта, продолжает:
      — Наши вам этого не простят! Вы ведь такой красивый!.. А завтра можете оказаться без зубов! Когда будете улыбаться... Вся ваша красота пропадёт!.. Не делайте этого лейтенант!..
      Он хотел добавить, что и без почек тоже, но подумал, что до завтра далеко, и без почек «случайно» могут оставить его!
      — Ах ты, сука! Ты ещё угрожаешь офицеру милиции!
      И тут Эдик получает удар в челюсть снизу. Его отбросило назад, на шкаф. Он и помог устоять на ногах.
      — Угрожать – это говорить и не сделать! А я сделаю! Или мои коллеги... сделают! За избиение офицера разведки ни за что... вам явно не поздоровится! Хотите стать «Щелкунчиком» из балета Чайковского?
      Краем глаза Эдик видит наблюдающего за всем сержанта. Видно, он чувствует себя не уютно.
      — Ничего не бойся! Дай ему, дай ему хорошо! «За всё заплачено!» — науськивает капитан.
      И лейтенант Воротов идёт к Эдду. Долго смотрит ему в глаза. Эдуард встречает этот взгляд с ненавистью, исподлобья и чуть усмехнувшись. Лейтенант по-новой бьёт его в живот, но удар резкий в самый последний момент стал ударом в полсилы, а, может, даже в четверть! Значит, этот красивый крысёнок испугался...
      — Ну, кто ж так бьёт? — подскакивает капитан. — Вот так надо!
      И заваливает Эдда на пол ударом двух схваченных в замок рук. А потом бьёт ногами по рёбрам и в живот.
      — Вот так! Вот так! Вот так!
      — Завтра вы об этом пожалеете! — новый удар. — На всю жизнь!.. — удар. — Даже если вы меня убьёте... — удар. — Ваша гибель будет страшнее!.. Для всех!.. — хрипит Эдд, стараясь увернуться.
      Переворачиваясь, он цепляет левой ногой у пятки ногу милицейского капитана, а правой бьёт его под колено. Тот, охнув от боли, рухнул навзничь, цепляя затылком угол письменного стола. Таким ударом ломают ноги! Но Эдуард ударил вполсилы. Ему сейчас калечить противника не нужно! Тут же мент вскакивает и, прихрамывая, подлетает к Эдику. Но уже бить этой ногой не может, как, впрочем, левой тоже – ему трудно на правой стоять.
      И тут происходит неожиданное! К капитану подскакивает сержант, захватывает распоясавшегося офицера милиции сзади и оттаскивает его от Эдда, лежащего на полу.
      — Северцев, ты что?
      — Товарищ капитан, нельзя! Успокойтесь!
      — Пусти! Ты видел, как эта сука меня ударила? Исподтишка!
      — Угомонитесь! Нельзя! — и снижает голос до шепота, но хорошо слышного Эдду: — Из нас же завтра сделают фарш! А если вы его убьёте... или покалечите… то вообще трындец!.. Всему отделению!.. А, может, и нашим семьям! Вы их не знаете! Нельзя-а-а-а, кэп!
      Капитан силой разомкнул обхват сзади. Потом вздохнул. Мотнул головой.
      — В обезьянник его!
      — Поднимайтесь... товарищ майор! — тихо говорит сержант и помогает Эдику подняться. — И, пожалуйста, без резких движений! Уже всё кончено! Мы идём в камеру!
      У самой двери Эдд оборачивается:
      — В протоколе не указан ключ от моего служебного сейфа! Если вы его потеряете, вам головы поотрывают! Впрочем, вам, капитан, уже всё равно! Можете терять!
      И улыбнулся рассеченной губой. Всё же в лицо ему попали, а Эдуард увернуться не успел.
      Лейтенант, стоявший у шкафа и покусывающий заусенец на указательном пальце правой руки, делает шаг к столу и разворачивает протокол к себе. А сержант выводит Эдда.
      Они спускаются в полуподвальное помещение. Эдд достаёт носовой платок и промокает сочащуюся кровь из губы.
      — Вот сюда! — Сержант открывает дверь в камеру. — Это до утра... И, товарищ майор, вы же помните? Я вас не трогал! Наоборот...
      — Вы – нет. Но вы – нежелательный свидетель, как избивали офицера. Мне это неприятно! Хотите облегчить свою участь, сержант?
      — Что я должен сделать?
      — Найдите возможность позвонить по телефону: ***-53-**. Тому, кто поднимет трубку скажите только фразу: «“Лòри” в таком-то отделении милиции!» И повесьте трубку. Какое у вас отделение?
      — ***. «“Лòри” в *** отделении милиции!», и повесить трубку…
      — ***-53-**. Вы поняли?
      — ***-53-**, — повторил сержант.
      — Из отделения не звоните! Лучше из телефона-автомата. Хотя бы за квартал от отделения. И трубку, когда будете говорить, прикройте листом бумаги! Не платком, не тряпкой, не через рукав одежды – листом бумаги! — Эдик посмотрел в землистое лицо Северцева: — Если не позвоните...
      — Я позвоню! Только не предпринимайте ничего!
      — ...Если не позвоните, я вам тоже не позавидую! Завтра ваше здоровье, а, может, и жизнь будет зависеть от меня!
      — Я позвоню!
      Разведчик только кивнул.
      Тело ныло. (Было бы больнее, если бы перед этим Эдд не занялся аккупунктурой ног и головы.) Но, казалось, душа болела больше. Однако Эдуард... радовался! Да, именно радовался! Они заглотили крючок!..
      Господи, зачем мне это нужно?.. Алекс!.. Зачем?.. Не знаю...
      Эдик сел на откинутые нары взял голову в руки и, раскачиваясь тибетским маятником старцев, потирая виски, стал негромко декламировать стихи:

      Я – птица райская, но в клетке я.
      Ты крылья больно обрезал у меня.
      Открой же клетку золочённую мою,
      Я и без крыльев на волю улечу.
     
      Ты клетку золотую отворил,
      И вытряхнул бескрылого меня,
      Да только, ты окно открыть забыл,
      И вновь в неволе мечется душа.
     
      А за окном – весна и синь небес,
      И к солнцу, устремляется мой взгляд.
      А сердце ждёт, наивное, чудес.
      Я понимаю: нет пути назад.
     
      Я разбегусь и разобью стекло,
      И болью пусть саднят мои порезы,
      Но позади оставлю я окно,
      Где крылья ты жестоко мне обрезал.
     
      Без крыльев, знаю, к солнцу не взлететь,
      И в синеву небес не окунуться.
      Но я могу хотя бы ввысь смотреть
      С надеждою, что крылья вновь пробьются.
     
      А клетка золотая – не по мне,
      В неё ты посади другую птицу!
      И знаешь, я сочувствую тебе –
      Ты упустил свой шанс, свою синицу!..4     

      Эдд снимает пиджак, аккуратно укладывает его на нары у стеночки, ложится рядом, прикрыл глаза рукой в районе локтя. Надо попытаться заснуть! Завтра, возможно, понадобится много сил...
      Нет! Спать он не может!

      Алекс...
      Вспышка света...
      Как ярко светит солнце... Комната залита ярким солнцем... Алекс!..
      Да, это он... И солнце...

      Эдуард вздрагивает, отнимает руку от лица...
      Обшарпанная, камера, сумрак, выкрашенные в тёмно-зелёный цвет стены, в углу грязный чугунный рукомойник, параша...
      «Лòри», ты сходишь с ума! Откуда здесь может быть столько солнца?
      И всё-таки нет! Лучше свет и видение!
      Разведчик снова прикрывает глаза согнутой рукой.
      Спустя несколько секунд, он видит снова свет и солнце, глаза и взъерошенные сном волосы друга.

      — Какой ты красивый, Алекс!
      — Красивый? Признаюсь тебе по секрету: я обыкновенный! — смеётся он. — И я привык к своей внешности!
      — Красивый!
      — Всё равно, приятно слышать это от тебя, Эдд! Мне хочется быть таким! Для тебя!.. А если бы я не был красивым, ты бы меня не полюбил?
      — В тебя невозможно не влюбиться! У тебя красивая душа!
     
      ...Преодолевая тупую боль по всему телу, Эдд тяжело вздыхает...
      Тот вечер, та ночь... И то утро...
 
      — Ну, подожди, искуситель! У тебя же вчера был жар! И эта ночь!..
      — Зато сейчас я полностью здоров! После этой ночи!
      — Нет, ну ты глянь, что он делает! Ну, так же нельзя! Алекс!..

      И воспоминания выдернули Эдика из реальной жизни.
      И вновь погрузили в солнечный мир иллюзий и грёз.
  0_1_48.jpg
 Dum vivimus vivamus5

      <<♦>> Ветер гонит дождь
      С запада на юг.
      Ты меня не ждёшь,
      Позабытый вдруг.
      Ты не слышишь грусть,
      Что я сохранил,
      Что всегда вернусь –
      Я же говорил!
      А мне бы крылья, крылья, крылья,
      Чтобы лететь к тебе!
      А мне бы силы, силы, силы,
      Да назло судьбе!
      А мне бы снова, снова, снова
      Океан любви!
      И чтобы что-то плохое
      Не случилось с тобою,
      Бог тебя храни!
Виктор КОРОЛЁВ, «Крылья»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Чтоб жертвой стать, я должен провиниться,
      Будь в сто раз больше у меня врагов,
      Будь каждый враг сильнее во стократ,
      Они мне причинить вреда не смогут,
      Пока я честен, верен, невиновен.
Уильям ШЕКСПИР
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Мы делаем гораздо больше, чем понимаем.
Альфред АДЛЕР
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Человек есть не что иное, как ряд его поступков. Что человек делает, таков он и есть.
Георг ГЕГЕЛЬ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Может, стоит вести двойную жизнь, чтобы хоть одна удалась?
Из записных книжек офицера разведки
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Любое действие незначительно в масштабах вечности.
МЕЙДЗИН (наст. имя Алексей ГУСАРОВ)
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Нет людей, который нельзя сломать, но есть такие, которых невозможно согнуть.
МЕЙДЗИН (наст. имя Алексей ГУСАРОВ)
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Человек создан не для того, чтобы терпеть поражения. Его можно уничтожить, но нельзя победить.
Эрнест ХЕМЕНГУЭЙ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Это вам милиция, а не Бомбей!
Из худ. к/ф-ма «Королевская регата»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Что это было? Всё вокруг словно померкло!
      — Зато вам легче стало сосредоточиться! Игнорировать всё, что неважно!
Из америк. худ. сериала «Доктор Хаус»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Чтобы они не сделали, они обречены!
Из америк. худ. к/ф-ма «Ганнибал»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Вселенная разучилась прощать...
Из америк. худ. сериала «Андромеда»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Вы не любите людей?
      — Нет, не люблю. И никогда об этом не жалела!
      — Что, никогда ни о чём не жалела?
      — Жалела. Что на свет родилась!
Из худ. к/ф-ма «Маша и море»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Вселенная погружена в хаос, мне есть, чем заняться!
      — Ты наслаждаешься хаосом...
      — Так интереснее жить!
      — Согласно священным текстам, хаос – проявление зла.
      — Ты намекаешь, что я – вроде дьявола?
      — Да.
      — Надеюсь, что нет!
Из худ. америк. сериала «Андромеда»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Вы из меня хотите сделать козла отпущения!
      — Козу отпущения!
      — Вот только не надо так острить! Это не смешно!
Из тел. худ. сериала «Школа»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Побить тебя могут в любой момент! У меня нет трёх зубов, трещинка в позвонке. Короче! Главное – отбиваться. И неважно, кто победит! Ну, или опять же отсос! Как хочешь!
Из америк. худ. кинокомедии «Я люблю тебя, Филипп Морис!»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Не надо делать козью морду! Вы здесь вовсе не из-за меня! Это не моя идея! Благодарите вашего начальника, комиссара!
Из фр. худ. к/ф-ма «Босс»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Ваши следы на газоне убедят полицию в том, что вы – настоящий профессионал! И прекрасно понимали, что делаете. То есть намеренно изменили облик!
Из фр. худ. к/ф-ма «Игра на вылет»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Чтобы воевать, я должен быть в ладу с собственной совестью!
Из худ. к/ф-ма «Король Лир»
0_08074300_1301254051.jpg
 icon1.gifInfellicissimus genus infortunii est fuisse felicem6
icon2.gif ПОРТРЕТ В ИНТЕРЬЕРЕ
••>> Алекс <<••
<< [имя по коду «Гранд»] >>
(продолжение)
<<•• ВСЕ ЦВЕТА НЕЖНОСТИ ••>>
 
Странно всё на этом свете –
      Счастье за спиной всегда!
      А в глаза слепит и светит,
      Но обманет
      Далеко-далёкая звезда.
      А в глаза слепит и светит,
      Но обманет
      Далеко-далёкая звезда.
Песня из репертуара Татьяны Булановой7
<<••>>
Давно уже, тысячу лет,
      Любовь не владеет мной
      Как долго шёл её свет
      Играет судьба со мной.
Ирина ДОБРЕЛЯ
<<••>>
      Высшее, к чему может стремиться человеческая мысль, – это выйти за свои собственные пределы, придя к парадоксу.
Сёрен Обю КЬЕРКЕГОР

     ...Они приехали на Рижское взморье на неделю, потому как на этом настоял Алекс. На Лубянке поначалу протестовали, но Эдд тоже настаивал. И там сдались!
      Парни сняли заранее заказанный номер в отеле. Судя по множеству глаз, их сопровождавших, Эдд понял, что на ноги поднято чуть ли не всё латвийское КГБ!
      Купались, загорали, погода стояла чудная. Правда, вода в заливе была 18-19 градусов. Но ничего. Через пару дней Алекс уговорил Эдда нанять яхту местного парусного клуба, и они отправились в море. Из экипажа был только капитан, мужчина, лет 35-37ми и то ли матрос, то ли юнга. Однако спустя полтора часа хода по морю вдруг разыгралась непогода. Небо внезапно (видно, по щучьему велению, по хотению не ниже, чем КГБ) затянулось свинцом туч, подул сильный ветер, пошёл дождь. Да и волны подбрасывали эту яхту-скорлупу. Не сильно, но качало и швыряло влево-вправо, вверх-вниз – только держись! Не шторм, однако приятного мало. Плюс ко всему на яхте, как это всегда бывает в романах, заглох не вовремя двигатель. Капитан и юнга спустились в трюм и начали ковыряться в техническом нутро судёнышка. Штурвал поручили Эдду и Алексу, повелев выдерживать курс к берегу.
      — Вместе держим штурвал! — кричал Алексу Эдд. — Но в основном держимся за него!
      — Есть, капитан!
      — Чтобы за борт нас не швырнуло!
      — Будет сделано, капитан!
      А Эдуард подумал: «Как бы нас не унесло к шведскому или финскому берегу. Вот будет ситуация! Оправдывайся потом перед нашими, что я там делал и что это случайно!»
      Всё было бы хорошо, но случай нападает не сразу. Минут через десять (а, может, и позже), Эдд начал разбираться со своим задравшимся ветром плащом, одной рукой, потому как другой держал руль колеса. В это время яхту волной легко подняло метра на полтора вверх и затем просто бросило вниз. Тут Алекс вскрикнул. Когда разведчик обернулся к штурвалу, юноши на своём месте не оказалось. Мокрые ручки штурвала вырвались из рук парня, и его швырнуло вправо к борту. Если бы не Эдд, который обернулся как раз вовремя, всё могло бы кончиться не очень хорошо! Или, вернее, совсем не хорошо! Разведчик буквально прыгнул вслед за Алексом и успел перехватить его у самых бортовых тросов.
      — Чёрт! Эдд! — выругался Алекс и намертво ухватился за плечи друга.
      — Да, это я! С рогами и копытами! Прилетел из ада, чтобы тебя не бросило к конкуренту Нептуну! Ты мне ещё здесь пригодишься! — С серьёзным видом прокричал в глаза парня Эдик. — Испугался?
      — Кто? Я? Да мне по барабану!
      — А я испугался! Тогда крепче держись, и плавно передвигаемся к штурвалу!
      — Очень интересно в нашей ситуации применение слова «плавно»! Вплавь, что ли?
      — Не будешь осторожным, то и вплавь! А откуда ты знаешь это слово – «вплавь»?
      Медленно, постепенно, «плавно» они перебрались к рулевому колесу и схватились за ручки. Эдд стал сзади, Алекс оказался внутри его рук.
      — Ты за меня испугался? — глянул через плечо Александер.
      — Нет! За себя! Держись крепче!
      — А я думал за меня!
      Тут парень снова бросил штурвал и развернулся к разведчику всем корпусом.
      — Я мечтал о таком случае...
      — Что ты делаешь, бесёнок?
      — Но чтобы я спас тебя! Понимаешь?
      — Повернись и немедленно ухватись за штурвал!
      — У меня есть, за кого держаться! Это надёжнее, чем штурвал!
      И Александер крепкой нежностью взял в руки лицо Эдда, а своими губами впивается в губы друга.
      В это время новый порыв ветра с дождём залил их полностью! Яхту сильно качнуло и обоих снова рвануло в сторону борта. Но Эдуард удержался за штурвал. А чтобы придать устойчивость себе и удержать бросившего ручки Алекса, прижал его всего к рулевому колесу.
      — Так! Алекс! Заканчивай эти слюни! Мы не в кино! Нам надо вести наше... Да подожди ты!.. Нашу скорлупу к берегу!
      А Алекс продолжал липнуть к телу Эдда, прижиматься к нему и покрывать поцелуями его мокрое лицо.
      — Ты слышишь, лисёнок? Развернулся, быстро!
      Судёнышко снова швырнуло.
      — Я же нас не удержу обоих!.. Это не игрушки!.. Да ёлки ж моталки!
      И разведчик с силой разворачивает парня лицом к штурвалу.
      — Держись!
      — Есть, капитан!
      К тому времени, когда движок заработал, оба наши парня вымокли под дождём до нитки. Плащи не помогли.
      Ещё час плавания и показался порт. Потом капитану с трудом удалось пришвартоваться к причалу.
      Так закончилось то морское приключение.
      В номере отеля они разделись и насухо обтёрлись. Алекс залез сразу под одеяло. Зуб на зуб у него не попадал. Его била дрожь.
      — Закажи нам горячий чай с лимоном! — попросил сухими припухшими губами Алекс.
      — Эй, парень, да ты раскис совсем! Меня твой отец в Москве убьёт! А в МИД отправит ноту протеста!
      — Я завтра поправлюсь!
      Эдд заказал в номер порцию цыплёнка табака с жареным картофелем фри, бутылку армянского коньяка и два стакана чая с лимонами.
      Затем вышел из номера, разыскал дежурную горничную и попросил у неё два ведра. И, зная любовь к чистоте Алекса, в номере тщательно вымыл, набрал в них холодную воду.
      Александер в спальне, зарывшись в одеяло, уже забылся во сне. Эдд раскрыл парня.
      — Алекс, просыпайся! Пришествие небесное проспишь!
      — Что такое? Эдд, не могу согреться! Д-д-д-дт... Не раскрывай меня! Купи аспирин!
      — Поднимайся! Сейчас будет тебе аспирин! Лечить буду!
      — Ты? Меня? Ты не говорил мне, что учился в медицинском! Д-д-д-дт...
      — Я не учился в медицинском! Но сейчас тебя вылечу быстро! Идём со мной!
      — Что ты задумал, Эдд! — Александер улёгся «поплавком», поджав свои острые коленки, и пытался согреться, спрятав согнутые руки у груди. Глаза не открывал.
      «Как маленький мальчик», — отметил Эдуард.
      Тогда Эдик берёт юношу на руки и тот, обхватив его шею, всем телом прижался к своему мужчине. А Эдик понёс его как самое дорогое, что у него было.
      В ванной опускает парня на коврик.
      — Плавки сними! Быстро!
      — Это мне... Д-д-д-дт... нравится! — Алекс даже не улыбнулся. — Д-д-д-дт... От тебя редко ттттакую команду ддддождёшься!
      — Залазь в лохань!
      — Куда? Д-д-д-дт...
      — Сюда! — показал Эдд.
      — Лохань! Д-д-д-дт... Класс!
      — Присядь на корточки!.. На корточки!.. Да не раком! Алекс, у тебя одно на уме!
      — А корточки, это как? — юноша повернул своё серьёзное и вопрошающее лицо.
      — Ладно! Стой так!
      Эдик берёт одно ведро воды и сразу выливает его на голого Алекса! Тот взвизгнул, как ошпаренный, и мгновенно оказался на ногах.
      — Ай! Ттттты что, Эдд! Я же ппппростужжжен! — обхватив себя руками, со стекающими потоками воды он дико смотрел на друга. — Я же ттттак себе... воспаление с лёгкими... оккккажусь!
      — Так! Алекс! Хочешь выздороветь? Прекращай стучать зубами, как трус, и визжать, как девочка! Садись на корточки!
      — Где мы оказались – на взморье СССР или в кккконцццццлагере Адольфа Гггггитлера? Ты что, шшшштурмфюрер из Равенсбрюка? Сссссейчас 1940й год? Кругом нннннацисты, ддддда?
      — Что-то ты меня низко оценил! Штурмфюрер? Я – штурмбанфюрер и никак не ниже! — Это Эдик припомнил своё фактическое воинское звание. — А чего Равенсбрюк? Это был лагерь для евреев! И содержались там только женщины!
      — А тттты откуда зззнаешь? Тттты служил тттам блок-фффффюрером?
      — Ты же не еврейка! Короче! Wellkommen in Konzentrationslager, kleine elegantische Schweinchen! Nicht erwägen! Setzen sich!.. Schnell-schnell!8
      Алекс осторожно садится на корточки.
      — Sprechen Sssssie Deutsch, mein lieber SS-Sturmbanffffffürer?9
      — Natürlich, mein teuer Gefangene! Stechen Sie!10
      — Auf allen vieren?11
      — Nein, hinstelle Krebs, Donnerwetter!12
      Новое ведро холодной воды оказалось вылитым на его красивое стройное тело.
      — Ай-яй! Ччччёрт! Холодно, ккккак... кккак...
      — Как на морском дне! — досказал Эдик.
      — Дддда!
      — Вставай, генерал Карбышев!
      И Эдд начинает обтирать жёстким полотенцем Алекса всего! Как своего младшего братика!
      — Откккуда у ттттебя саксссссонское произззззношение?
      — Бабушка подарила!
      — А Ккккарбышев... этттто кто? Д-д-д-дт...
      — Военный инженер, занимался укрепрайонами. Был пленён немцами, замучен в концлагере. Сотрудничать с врагом отказался! Зимой фашисты его обливали водой, пока он не погиб! Герой Советского Союза... Посмертно...
      — Я тоже сссссейчас ббббуду... ппппосмертно!
      — Давай правую ногу, герой!..
      — Мучитель! Ккккомендант!
      — Не рассуждать! Левую!..
      — Издеватель!.. Эсэсман!.. Ккккак я тебя люблю! — и парень обнимает Эдика за шею и прижимается к нему дрожащим тельцем.
      Эдуард размыкает его руки вокруг своей шеи и отстраняет от себя:
      — Мы ещё не завершили! Повернись задницей!
      — О, этттто мне нравится!
      — Я тебе дам – «нравится»! Не выгибайся! Зад выставляешь свой! Стой прямо!
      — А кккккогда же будет: «Отдддддайся мне, я тебя лллллюблю»?
      — У вас, у педиков, одно только на уме!
      — ...Ттттты говоришь, как немецкккие фашисттттты!..
      — Среди их фюреров было полно «голубых»! Эрнст Рем, Рудольф Гесс, Альберт Шпеер, Виктор Лютце, например! О «Ночи длинных ножей» слышал? Да, говорят, и сам Гитлер тоже...
      — А мне нравится с ттттобой быть ппппедиком! — и он, то ли дрожит, то ли смеётся.
      И Эдд через полотенце руками ощущает его дрожание-смех.
      — Пока не выздоровешь, никакого секса! Тебе нельзя сейчас волновать своё сердце!
      — Сердце наддддо волновать всегда! Д-д-д-дт...
      — А теперь быстро в постель! — и Эдд шлёпнул парня по красивым ягодицам.
      — Ннннет! Я не ззззнаю, где ппппостель! Я ззззаблудился! Ты меня принёс сссссюда, ты и отнеси меня тттттуда!
      И Алекс снова обвивает своими руками шею Эдда.
      Пришлось нести его к кровати!
      И Эдик ощущал дрожь своего визави и даже слышал, барабанную дробь его зубов.
      — Футболку натяни, герой!
      — Госппппподин штурмбанфюрер СС... этттта команда... про футболку... мне больше всего пппппонравилась в твоём лечении! Д-д-д-дт...
      И юноша в футболке (но без плавок!) оказался под одеялом.
      Эдик подоткнул со всех сторон одеяло.
      — O, mein Gottttt! Wunderbar!13
      Алекс позволил себе, глядя в потолок, порассуждать:
      — SS-Sturmbanfürer!.. Dich ist es vollkommen schützen nicht! Du sollst sein, wie mindestens der Oberst!14
      — In der SS waren die Obersten nicht. In der SS – Standartenfüreren!15
      — Woher du das alles weißt?16
      — Откуда, откуда! Vom Kamel!17
      — Не люблю немецкий! На нём, говорят, можно только бранить врагов!
      — А я с детства обожаю этот язык! Язык Шиллера, Гёте, Гейне, Канта!..
      — ...Гитлера, Геббельса, Геринга...
      В номер постучали и вкатили тележку с ужином.
      — Спасибо, оставьте! Мы поедим сами.
      Эдд дал неплохие чаевые парню-официанту. Тот поблагодарил, но успел оглянуть особым, заинтересованным взглядом и лежащего под одеялом Алекса, и стройную спортивную фигуру Эдуарда.
      «Этот тоже... любит парней!»
      — Как самочувствие нашего генерала, которого только что обливали ледяной водой и мучили?
      — Слушай! Замечательно! Отменно! Будто тысяча горячих иголочек... по всему телу!
      — Что и требовалось доказать!
      Эдд разлил по пузатым рюмкам коньяк. Одну подаёт Алексу.
      — Ну! Твоё здоровье, стойкий заключённый!
      И маленькими глоточками, смакуя, выпивает свою порцию.
      Закусывает лимончиком и смотрит на Алекса.
      — Брр! Будто влил в свои вены!.. А знаешь, ты – мой самый любимый блок-фюрер! И мне уже нравится коньяк! А до встречи с тобой мне больше ваша водка нравилась! Как у вас говорят? «С кем поведёшься, с тем и наберёшься!»
      Эдд хмыкнул:
      — «...от того и наберёшься»! Ещё рюмашку?
      — Ух ты! «Рюмашку»! Не! Давай позже!
      — Ну, тогда чай с лимоном пей!
      А сам начинает руками разделывать цыплёнка и аппетитно есть с картошкой, обмокая кусочки в соус.
      — А мне курицу? — прихлёбывая чай, интересуется Алекс. Он уже перестал дрожать. — Ты чего только одну порцию заказал?
      — Тебе нельзя! — разжёвывая небольшой кусочек с картофелем фри, философски говорит Эдд. — Ты болен!
      — Ну и что? Да идите вы все к чёрту! Я есть хочу!
      И Алекс тянется рукой к тарелке на сервировочном столике.
      Эдд ловко откатывает столик в сторону, туда, куда Алекс не может дотянуться.
      — Нельзя! Организм должен бороться с болезнью, а не тратить силы на переваривание пищи! К тому же, на ночь есть вредно! Станешь толстым, и я перестану тебя любить!
      Когда рука Алекса снова скрывается под одеялом, Эдик возвращает столик в исходное положение. Юноша как голодный волчонок смотрит из-под одеяла на зажаристого цыплёнка, на Эдда, и на то, как тот поглощает ужин.
      — Обливал ледяной водой... Голодом изводишь... Штурмбанфюрер!.. Фашист!..
      — «Моришь»!
      — Чего? — округляет свои светлые глазки Александер.
      — «Голодом моришь». Надо говорить по-русски правильно, барсучонок!
      Эдд обмокает в сосуд с лимонным соком руки, чтобы смыть остатки куриного жира, вытирает салфеткой и берёт в руки бутылку коньяка.
      — Где твоя посуда?
      Лезет под одеяло, находит руки Алекса у паха и отбирает у него тёплую рюмку. Разливает горячительное снова. И передаёт коньяк и дольку лимончика парню.
      — Ну! Слушай другой тост! У нас на Кавказе говорят: если хочешь быть счастлив одын день – заболэй! Если хочешь быть счастлив одын месяц – женись! Если хочешь быть счастлив целый год – заведи себе любовника! Но если хочешь быть счастлив всю жизнь... – будь здоров, дорогой!
      Но выпить они не успевают. В это время в дверь снова постучали.
      — Чёрт! Опрокинуть рюмку не дадут! Как какой-то барак концлагеря, честное слово! Такой тост испортили!
      Эдд, поставив свой коньяк, идёт к двери.
      На пороге – горничная, пришла за вёдрами.
      Когда Эдик вернулся в спальную, Алекс вовсю поедал ужин, спешно запихивая куски птицы и стружки картофеля фри в рот!
      — Вай! Заключённый, ты что делаешь!
      — Лечу себя от голодной смерти, господин штурмбанфюрер! — набитым ртом ответствует Алекс.
      И дово-о-ольный!..
     
      ...Эдд снова тяжело вздыхает, отнимает руку от лица. Но ловит себя на том, что у него на лице улыбка. И полутёмная камера почему-то не кажется такой уж мрачной!.. Он не понимал, зачем нужна ночь, почему он сейчас здесь?.. Ему показалось, что эта ночь – время ожидания, возможность сказать кому-то: не уходи, вернись!
      Но сказать это сейчас уже некому!
      И здесь солнца нет!.. Солнце там, в видениях!..
 0_05452400_1254246736.jpg
Vale et me ama18
 Фразы из американского художественного сериала «Доктор Хаус»,
ставшие крылатыми в США, Канаде и Западной Европе
 
       <<♦>> — С этим нужно кончать или он умрёт.
      — Дело не в боли! Суть в том, чтобы полностью открыться и стать полностью уязвимым для другого человека! Если получается научиться так глубоко доверять, мы меняемся.
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Когда я вижу парня с симпатичной попкой, я глаз от него не могу оторвать! Или парня с сексуальной небритостью!..
      — Вы решили, что если нравятся мужские попки, то это болезнь?
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Люблю мушкетёров! Аж мурашки по коже!
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Так что? Я – мальчик или девочка?
      — Часть твоих клеток мужские, а часть женские!
      — То есть, по сути, я – урод!
      — Нет, нет, сын! Ты – просто не такой, как все!
      — И вы всё это знали! С самого моего рождения! И ничего мне не сказали!
      — Мы не хотели тебя запутать!
      — И поэтому врали!
      — Пожалуйста, родной! Мы хотели тебя защитить!
      — Не надо! Оставьте меня в покое! Уйдите!
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Норма – это не норма, если ты не такой, как все!
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Ты ненавидишь нормальных!
      — Не всё так просто!
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Ты доволен жизнью?
      — Какой жизнью?
      — Твоей! Играешь на пианино, ездишь по стране. Девчонки падают штабелями!
      — Не люблю девчонок!
      — Ну, мальчишки! Что тебя заводит?
      — Люблю пианино!
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Мне жаль, что вы умираете!
      — Я вас сейчас обниму! Ну, что скажите?
      — Ну, если речь идёт о том, чтобы схватить меня за задницу, лучше не... начинай! Я не дамся! <...> Ты что, плачешь?
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Пометьте: пытался получить наркотики!
      — Морфий?
      — Нет! Пальцевый массаж ануса!
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Я обычно на первом свидании не даю, но признаюсь: тебе бы дал! Получи согласие и приступай!
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Здесь, наверное, все с тобой осторожничают?
      — Потому что я – чёрный?
      — Нет, потому что ты – гей!
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Ну, и почему ты дружил с этим парнем?
      — Нам было по двадцать, и у него была машина! Если бы он был женщиной, я бы на нём женился!
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Мир стал бы лучше, если бы никто не чувствовал чувства вины?
      — Нет, но секс стал бы лучше!
<<><♦><♦><♦><>>
0_83976800_1280610163.jpg
      — Что со мной?
      — Ты попал в собственную ловушку! Я не уверен, что это что-то значит. Кажется, вы влюбились! Я прав, парень? Скажи! Прав?
      — Скажем, я в очень не симпатичном положении!
      — Осторожно, Дилон! Очень-очень! Очень-очень! Очень осторожно!
Из америк. худ. к/ф-ма «Андромеда»

      Всю ночь любовь не покидала их комнату.
      Уже насытившись в очередной раз ласками, Алекс, положив свою красивую голову на волосатую грудь Эдда и поглаживая его плоский живот, тихо шепчет:
      — А я знаю, что такое счастье!
      — Что, мой маленький дьяволёнок?
      — Когда просыпаешься среди ночи, поворачиваешься к тому, кого любишь, и который любит тебя... И можешь просто дотронуться... просто обнять... своего парня, своего главного мужчину. И просто его тихо поцеловать... И тут вдруг почувствовать, как твоя сильная рука нежно, прижимает меня к тебе... Это и есть счастье!..
      — Ты – неисправимый романтик!
 
      ...В двери камеры заскрежетал ключ в замке. Эдд глянул из-под руки. Как всегда не вовремя!
      Сержант Северцев тихим голосом сообщил, что он позвонил, и тому, кто поднял трубку, передал ту фразу.
      Разведчик даже не кивнул. А просто снова прикрыл рукой глаза.
      Теперь Юрий сделает всё, что надо!

      ...Та ночь... И совсем неигровые ласки парня, который уже стал частью... Нет, не той игры, которую Эдуард повёл по сценарию, задуманного на Лубянке, а их дружбы, отношений, а теперь, время от времени он думал, что и чего-то большего.
      Большего? Чёрт подери, чего? Сумасшедший! Подумай о перспективе!
      Эдда учили, что лучший способ привязать к себе объект разработки – будь то женщина или мужчина – придать смысл его жизни, сделать себя, свою личность, своё отношение к нему, своё тело ещё желанней для него (объекта). Или для неё... И вот разведчик добился нужного. А дальше что? Что дальше?.. Однако о будущем задумываться не хотелось! Эдик просто гнал от себя эти мысли. Они с Алексом были вместе! Вот главное!
      Пожалуй, можно было сказать, что Эдд уже целиком был захвачен своим вторым «Я», которое так долго культивировал в себе по специальным психометодикам. Он знал: все хотят, чтобы их любили. Но немногие могут и умеют любить сами. 
      «Научите объект разработки любить, подарите ему неземное чувство, покажите ему, как вы умеете любить, вы один и больше никто на свете – и он ваш! Навсегда!», — наставляли когда-то Эдуарда, обучая его искусству любви.
      А в военной разведке умели обучать и неземному чувству, и умению любить! Проходных знаний и навыков там не давали.
      Секрет успеха Эдда в этой операции был в том, что он сумел подарить Алексу любовь, умение и желание любить. Но теперь разведчик чувствовал, что это бесследно для него не прошло, да и не могло, по-видимому, пройти! Это общий закон: игра в любовь, в чувственность, в ощущения начинала кружить, завораживать, увлекать его самого, делая культивируемое чувство потребностью, частью его внутреннего «Я». Но в то же время Эдд понимал: нельзя забывать, кто он и ради чего всё делается! Всё же служба у любого мужчины должна быть прежде дружбы. Однако дружба – выше всех других отношений. И однажды ночью с Алексом, после умопомрачительного опустошения, когда оба не просто получили, а потерялись во времени и пространстве от взорвавших нервную систему довольно продолжительных (по специальным восточным методикам) наслаждений, ощущая лёгкое дыхание заснувшего ангела у себя на щеке, Эдик вдруг осознал, что ему приятно не только обретать, но и... даровать наслаждения любви (и ещё не известно, что приятнее!), а значит, его внутренний мир тоже как-то изменился... Как? Что именно изменилось в нём самом? Ответить на эти вопросы разведчик не мог...
      «Нет-нет! Это не я! Я другой! — думал Эдд. — Но, бог ты мой, я не могу не признать, что это приятно – учить любви! Дарить любовь! Любить! И быть любимым!..»
      Да, господа! Подарите кому-нибудь свою любовь! Влюбите кого-либо в себя! И вы узнаете, что такое счастье!.. Это как раз то чувство, ради которого стоит появиться на свет!.. И, если хотите, стать разведчиком!..
      И всё же... У Эдда было чувство, что он уже просто не может выйти из образа, который сам так долго создавал. Выйти, чтобы защитить себя от какой-то невыносимой истины.
      Истины? Но какой?
      Эдик посмотрел на красивый лик спящего у него на плече полуюноши-полубога, которого только-только увлекал за собой на вершину сладости небытия и сам ворвался за ним туда своей продолжительной усладой.
      Тут припомнился ему инструктор по гей-отношениям Лёша. Именно этот молодой учёный посвятил его в таинства восточных методик усиления интенсивности и удлинения по времени сладострастия своих и партнёров оргазмов (женщин особенно, если они, конечно, не фригидны). Он говорил, что при определённых навыках с помощью этих приёмов, упражнений и психотехник можно не только увеличить степень наслаждения, но и продлить его по времени. По словам Алексея Николаевича, Лёши, отдельные индивидуумы умудряются свои оргазмы продлить до 20 минут, а женщин можно заставить кончать в течение этого времени многократно!
      Эдик тогда слушал и не верил. А потом, когда попробовал с гидом Интуриста красавицей Аллой...
      Первый раз всё было, как обычно. Видно, навыки ещё не наработались... А через день... Или через два?.. Оба были просто потрясены... Уж на что была опытна Алочка, но и она после её многократного повторенного оргазма была удивлена, как долго длился оргазм Эдда! Она, дура, отнесла это за счёт своего мастерства... Ей и в голову не могло прийти, что наука в области любви и секса шагнула так далеко с помощью знаний, почерпнутых в секретных дневниках Николая Рериха, некогда путешествовавшего по Тибету. Женщина, что с неё взять?
      Великий художник Николай Константинович Рерих, посланный в конце 1920х годов, кстати, ГПУ, на поиски загадочной страны Шамбалы, и получения таинственных знаний о человеке и его психике, потом отказался возвращаться в СССР. Тогда ГПУ подсунуло ему в качестве секретаря своего агента. И дневники Н. Рериха оказались в Москве... И до сих пор отдельные тетради являются тщательно охраняемой тайной КГБ и военной разведки ГРУ... Одну из таких тайн инструктору Лёше и поручили раскрыть Эдду. И он об этом не пожалел, благодарен Лёше до сих пор... Начальники и кураторы Эдуарда прекрасно понимали, что это может ему пригодиться, в том деле, для которого его сняряжали. Пригодилось!.. Алекс просто терял контроль над собой от ощущений, полагая, что такого не ощутит больше ни с кем. И относил это за счёт своих чувств к Эдду и его умения дарить ощущения любви... Хотя, впрочем, Алекс был привязан к Эдду не только и не столько сексом, но и эмоционально. Может быть, эмоционально в большей степени, а чувственные наслаждения явились хорошим поводком.
      Двадцати минут у Эдда, правда, с Алочкой не случилось. Да и не только с Алочкой... Алексей Николаевич просто не весь комплекс секретов раскрыл, потому как он в них сам полностью не посвящён. («Сумейте освоить хотя бы это! Уж поверьте мне! Вам вполне хватит ощущений!..» — улыбаясь, проговорил тогда он.) Но всё равно!.. Эдик, решив освоить всё, что ему дали, как-то проконтролировал сладость своего оргазма по секундомеру. Более трёх минут. Если занимаешься упражнениями регулярно, а перед и во время секса смог войти в нужный ритм двух ваших тел и, продолжая ласки своей второй половины, удалось настроить мозг на соответствующие флюиды. (Немного непонятно, ну да ладно! Посвящённые поймут, о чём речь!) Три минуты! Это притом, что нормальный оргазм у среднестатистического физически, психически и сексуально здорового мужчины длится около 5-7 секунд! И в конце этого длительного сладострастия – мощная эякуляция, от ощущения которой почти теряешь рассудок и контроль над собой. Затем несколько минут лежишь недвижимо, не сознавая, где ты и что с тобой только что происходило. Пока эта загадочная страна не отпускает тебя...
      А вот интересно, а что же происходит с мужчиной, какие пики тогда чувствует и что переживает он потом, если эти ощущения достигают двадцати минут?.. Он входит в ворота Шамбалы?.. А потом возвращается?..
      Не знаю...
      Кандидат медицинских наук Алексей тоже не знал... Но Лёша был горд за Эдуарда. Так учитель гордится своим учеником, потому что первый смог объяснить, а у второго всё получилось. И далее они разговаривали на равных как посвящённые...
      Да, на Тибете умели заниматься сексом и любовью! Думаю, сейчас те, кто нарабатывал эти методики, за комплекс этих упражнений с умением во время секса мысленно, увлекая своего партнёра за собой, идти в направлении Шамбалы, получили бы Нобелевскую премию! А, может, и не одну!..
      Алекс у него на груди пошевелился, лег удобнее и ещё теснее прижался всем своим стройным телом.
      Эдик вспомнил, как Лёша рассказал одну древнюю историю.
      Однажды некий китайский император, проснувшись, обнаружил, что его возлюбленный мальчик-наложник сладко спит на рукаве его халата. Император не стал будить красивого мальчика. Он просто отрезал рукав халата, чтобы показать, как сильна его любовь. Кстати, с тех пор парней-гомосексуалистов в Китае называют «Отрезанные рукава»...  
      Эдик ещё раз взглянул на спящего прекрасного эфеба у себя на груди. Осторожно, с какой-то нежностью, он освободил свою руку и плечо из-под головы Алекса, чтобы, не дай бог, ненароком не разбудить его. И подумал о том, что теперь понимает поступок китайского императора.
      «Истина... Её-то и следует найти! — решает разведчик. — И тогда всё будет по-другому! А я... Я в любой момент могу стать самим собой!..»
      19.jpgВдогонку:

      •>> Половые инстинкты в разведке совершают чудеса.
Из записных книжек разведчика

1595939_07967.jpg
      А потом было замечательное утро, чудесное пробуждение...
      Как всегда Эдд проснулся первым. Лежал и просто любовался красотой обнажённого эфеба, которым обладал всю ночь. Алекс, наверное, всё-таки почувствовал этот взгляд, его длинные изогнутые как у девочки ресницы дрогнули, глаза распахнулись. И он губами потянулся к лицу Эдика.
      — Ты уже не спишь? Как не проснусь, ты уже бодрствуешь! Когда ты отдыхаешь, Эдд! Я тоже так хочу!
      — Спи! Ещё рано!
      Александер взял с тумбочки часы Эдда, посмотрел, положил на место.
      — А ты?
      — Какой ты красивый, Алекс!
      — Красивый? Признаюсь тебе по секрету: я обыкновенный! — смеётся он. И ещё больше прижимается к Эдику. — И я привык к своей внешности! Поэтому я её не замечаю! 
      — Красивый!
      — Всё равно, приятно слышать это от тебя, Эдд! Мне хочется быть таким! Для тебя!.. А если бы я не был красивым, ты бы меня не полюбил?
      — В тебя невозможно не влюбиться! У тебя красивая душа!.. — Как ты себя чувствуешь, вьюноша? — Эдик накрывает их одеялом.
      — Твоими стараниями, Эдд! Вчера я думал, что слягу с воспалившимися лёгкими! А ты спасал меня! Что это за метода?
      — Метод Порфирия Иванова! Был такой у нас народный врачеватель!
      — И он окатывал холодной водой своих больных?
      — Мгм! Холод лечит!
      — Как интересно! — И этот чертёнок начинает касаться своими мягкими, но требовательными губами сосков Эдда, покусывать, целовать их.
      Затем полез рукой под одеяло. Вдруг он посмотрел Эдику в лицо.
      — А ты смелый! Смелый и решительный!
      Эдуард рассмеялся:
      — Странный переход!
      — Я читал у отца книгу по физиологии наблюдений. Там сказано, что если у мужчины маленькие яички, то он нерешительный и даже трусливый. А если большие...
      «Интересно, что это за книжку парень читал у отца?»
      — То-то я смотрю – при встрече в вашем посольстве дипломаты-разведчики здороваются за руку, а потом всех хватают за яйца! — Алекс залился смехом. — А вообще интересно! Дашь почитать эту книгу?
      — Мгм! Попрошу у отца! На полчаса попробую вынести! 
      — Тогда мы с тобой, Алекс, смелые и решительные мужчины!
      — Да! Но ты смелее меня! О, какой смелый у меня мужчина!
      Они начали хохотать. Эдик пытался увернуться, а Алекс... Этот бесёнок...
      — Ну, подожди, искуситель! У тебя же вчера был жар! И мы целую ночь...
      — Зато я сейчас полностью здоров!
      — Нет, ну ты глянь, что он делает! Ну, так же нельзя! Алекс!..
      К чёрту мораль! Каждое «нет», приближает нас к «да». И основной инстинкт всегда побеждает разум!.. Завтра будет завтра, а реальность есть только здесь и сейчас!
      Прежде чем омут ощущений поглотит его, Эдд успевает подумать:
      «Боже, чем я только не увлекаюсь, если меня... вовлечь во что-нибудь... Жизнь сложна ровно настолько, настолько мне хочется. Не нужно стесняться жить. Не нужно!»
      19.jpgВдогонку:

      •>> — Люди на это не могут осмелиться! На это могут осмелиться только боги!
      — Не твои боги, а мои!

Из америк. худ. к/ф-ма «Принц Персии»

      •>> — Мне хочется просыпаться с тобой каждое утро!
      — Ты в правду так думаешь?
      — Да!

Из худ. к/ф-ма «Зелёная клетчатая рубашка»
0_10231000.jpg
      ...На другой день их в ресторане разыскал... военный атташе, отец Алекса. В Москве, с помощью отдельно разработанной операции с использованием почти всего автопарка посольства, он ловко ушёл от наружников КГБ, сел в поезд и оказался на Взморье. Атташе появился внезапно, чем удивил и Алекса, и Эдда, подсел за столик, поздоровался. Это была ошибка западного разведчика. Серьёзная ошибка! В Москве он пропал, а появился здесь. Понятное дело, совсем не для того, чтобы проведать сына!
      Эдуард поднял руку с одним пальцем, подзывая официанта. (Это был сигнал для рижских чекистов! И сложенная треугольником салфетка слева от тарелки Эдика – тоже. Не случайно официант тут же кинул на неё взгляд, а затем, отходя за заказом взглянул на неё снова! Впрочем, подсевшего за их столик незнакомца и без того, возможно, взяли бы под наблюдение. Хотя... Почему возможно? Непременно бы взяли! Но сигнал Эдуарда придавал обязательность внимания к этому мужчине!)
      Подошедшему официанту заказал порцию котлеты по-киевски и попросил принести кьянти. И атташе тут же попал под плотную и очень тонко построенную фото- и визуальную опеку. На следующий день, перед самым отъездом в Москву отца Алекса, контакт легального резидента западной разведки с ответственным сотрудником секретного оборонного НИИ, давно завербованного и тщательно оберегаемого агента, приехавшего на рижский курорт специально ради этой встречи, нашими был зафиксирован. Ну, а дальше дело было уже контрразведывательной техники. Потом, в Москве, Эдду сказали, что если после каждой поездки с «Грандом» на море будут выявлять по одному такому агенту, то он может мотаться по курортам всю свою жизнь!
 0_15835300_1299598773.jpg
In puris naturalibus20

      <<♦>> Любовь коротка, но память о ней длится долго.
Пабло НЕРУДА
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Одна из моих задач – показать, что все мужчины разные, что и гей – такой же «настоящий» мужчина, как и любой другой.
Игорь КОН, росс. философ, социолог, антрополог, сексолог
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Мы не те, кто мы есть... И даже не те, кем кажемся... Мы есть лишь то, что мы есть...
Юрий УЛЬЯНОВ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Со мною разное бывало!
      Но как сказал один поэт:
      «Красивых много, верных мало.
      Знакомых тьма, а друга нет...»
Из записных книжек курсанта
<<♦><><♦>>
     <<♦>> Уж лучше грешным быть, чем грешным слыть!
      Напраслина страшнее обличенья.
      И гибнет радость, коль её судить
      Должно не наше, а чужое мненье.
      Как может взгляд чужих порочных глаз
      Щадить во мне игру горячей крови?
      Пусть грешен я, но не грешнее вас,
      Мои шпионы, мастера злословья.
      Я – это я, а вы грехи мои
      По своему равняете примеру.
      Но, может быть, я прям, а у судьи
      Неправого в руках кривая мера,
      И видит он в любом из ближних ложь,
      Поскольку ближний на него похож!
Уильям Шекспир, «Сонет 121» (в переводе С.Я. Маршака)
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Я открою все окна настежь,
      Чтобы в комнате стало ветрено.
      Ты сегодня меня узнаешь,
      Но не сразу, а очень медленно.
      Мы с тобой нарисуем полночь,
      И раскрасим её, как хочется.
      Я желанье твоё исполню:
      Этот сон никогда не кончится.
Кто-то из современников
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Мой девиз: выеб*ть весь мир!
Из записных книжек курсанта
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Никто из нас не умрёт девственниками! Жизнь поимеет всех!
Курт КОБЕЙН
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Конечно, женщина есть женщина и мужчина есть мужчина, но неужели все это так же просто в наше время, как было до потопа, и неужели я, культурный человек, одаренный сложною духовною организацией, должен хотеть её, лишь её и объяснять своё сильное влечение к женщине и только тем, что формы тела у неё иные, чем у меня?
Антон Павлович ЧЕХОВ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Мы часто думаем, что нас любят от того что мы хороши, но не догадываемся о том, что нас любят от того, что хороши те, кто нас любят.
Лев Николаевич ТОЛСТОЙ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Застав меня в мальчике, ты, жена, беспощадно бранишься
      И говоришь, что его можешь ты мне заменить.
      Сколько твердила о том шалуну-громовержцу Юнона!
      Но продолжает лежать он с Ганимедом своим.
      Гила герой-Геркулес сгибал, позабывши о луке –
      А у Мегары, скажи, нечего было сгибать?
      Дафна-беглянка совсем замучила Феба, но всё же
      Мальчик Эбалий ему страсти огонь потушил.
      Хоть Брисеида во всём покорялась внуку Эака,
      Друг безбородый его всё же был ближе ему.
      Брось же, прошу я тебя, ты мужское смешивать с женским,
      И убедись, что жена может лишь женщиной быть.
Марк Валерий МАРЦИАЛ, римский поэт, I век н.э.
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Юным плениться отрадно: ведь некогда сам Ганимеда
      Мощный Кронид пожелал – и вечного племени царь,
      К высшим вознёс на Олимп и равным поставил
      Мальчика в первом цвету сонму блаженных богов.
      Так не дивись, Симонид, что этого я не избегнул:
      Юности чувствуя власть, к милому страстью сражён.
ФЕОГНИД, греческий поэт, VI век до н.э. «Элегии»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Отрок милый, отрок нежный,
      Не стыдись, навек ты мой.
      Тот же в нас огонь мятежный,
      Жизнью мы живём одной.
      Не боюсь я насмешек –
      Мы сдвоились меж собой,
      Мы точь-в-точь двойной орешек
      Под единой скорлупой.
Александр Сергеевич ПУШКИН, «Подражание арабскому»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> О, как молодость приятна,
      но мгновенна.
      Пой же, смейся, счастлив будь,
      кто счастья хочет.
      Но на завтра не надейся.
Лоренцо МЕДИЧИ, диктатор Флоренции, XVI век
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Свита рабов у тебя поспорит с распутником Трои,
      Мне же помощник – рука; вот она, мой Ганимед.
      И от богатств ничего старинному, верному другу
      Ты не даёшь, но твердишь: «Общее всё у друзей».
Марк Валерий МАРЦИАЛ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Нет... Я не буду ему мешать! Но кто может мне запретить мечтать, что я крепко обнимаю его, осторожно целую лоб, глаза, губы.
      Ради такого счастья, соглашусь и на смерть.
Друг Сами, «Что происходит»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Нет, жизнь – не только майский день,
      Где все танцуют и поют.
      И расстаются люди здесь,
      И счастья ждут, и слезы льют.
     
      Вдруг дунет ветер ледяной,
      И от тоски застыну я,
      Но, словно крылья за спиной,
      Возникнет музыка моя.
Из песни «Льётся музыка», сл Л. Дербенева, муз. В. Добрынина
<<><><♦><><>>
 0_74653900_1280443596.jpg

      ...Что это была за неделя у парней! После непогоды и слегка штормящего моря в ту злополучную морскую прогулку, погода потом была, как на заказ. (Да и настроение было у Эдуарда приподнятым! Когда Алекс плескался в душе, Эдд снял трубку телефона, чтобы заказать ужин в номер. И по телефону ему передали благодарность за выявленного, появившегося на взморье военного атташе!)
      Они с Алексом купались, загорали. Вечером обязательно был дискобар для иностранцев, где юноша всегда привлекал к себе своей пластикой и красотой.
      Однажды, когда его попытался «снять» какой-то красивый моряк-швед, Алекс глянул на него дико и что-то ответил. Тот настаивал. И тогда парень молниеносно двинул его ребром по шее (тот даже увернуться не успел), затем под дых, а после ударом локтя а-ля джиу-джитсу распластал этого коренастого мужика на полу. Среди танцующих так никто ничего и не понял. Лишь Эдд, отплясывавший рядом и внимательно наблюдавший за другом, всё видел и понял, отчего мэн оказался лежащим недвижимо среди танцующих ног. Мужская половина зала тут же упавшего переместила к стульям, чьи-то руки расслабили галстук. Бармен позвонил в скорую...
      А Эдд уже тащил Алекса на улицу.
      — Ты что делаешь, чертёнок! Выдержки нет?
      — Знаешь, что он мне предложил!
      — Догадываюсь! Сказал бы просто «нет»!
      — Я ему сказал, а он не понял!
      — Ты – маньяк, Алекс!
      Парень даже не улыбнулся.
      В номере он просто разделся, пожелал Эдду спокойной ночи и повернулся к нему спиной, чтобы уснуть с испорченным настроением. Однако Эдик так мягко обнял его всего, нащупал губами ушко и стал шептать что-то мягкое, отвлечённое, что юноша почувствовал себя, как в далёком детстве в мире без забот и подлинно счастливым. Не было ни испорченного вечера, ни этого козла-шведа, ни вынужденного жестокого удара... И Эдд любил Алекса... А Алекс... Он был вне себя от счастья!..
      Забылись они под утро, уставшие, опустошённые и совершенно счастливые. Счастливые просто тем, что эта ночь стала временем, которые они опять провели вместе, даря друг другу НАСЛАЖДЕНИЕ Обладания, Нежности и Любви...
      В тот миг казалось, что это никогда не кончится. Что это навсегда. Они с замиранием сердца, с упоением, несвойственным в повседневности, в реальной жизни пресыщались друг другом. И не могли ни на секунду ни пресытиться, ни расстаться. Безмятежность и любовь наполняли их души, они парили в небесах, как свободные от человеческих условностей птицы... Ибо, как считается правилами комильфо, «по-настоящему любишь только то, что любишь в данную секунду. Это и есть свобода, и именно так и должно быть»...
      19.jpgВдогонку:

      ••>> — Ну вот, всё и кончилось! И мир стал пуст!
Из худ. к/ф-ма «Журналист»

      ••>> Странные бывают встречи –
      Здравствуй и прощай навек.
      Промелькнёт короткий вечер бесконечный,
      Было счастье, вот его и нет.
      Промелькнёт короткий вечер бесконечный,
      Было счастье, вот его и нет.

       <...>
      И не найти
      Снова ветра в чистом поле,
      Не найти
      Той капли в море,
      Дыма в небе не сыскать.
      Не найти
      Вольного на вольной воле,
      Не найти,
      Как ветра в поле.

      Да и нужно ли искать?21
                                                   С. Патрушев
lounge.jpg
 Totus tuus22
 
      <<♦>> — Я слишком тебя люблю. Однажды ты найдёшь то, что ты ищешь, чтобы это ни было. И, может быть, тогда ты по-настоящему вернёшься ко мне! 
Из америк. худ. к/ф-ма «Откинь гигантскую тень»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> 1. Занимайся сексом с тем, кого любишь.
      2. Оберегай того, кто для тебя очень важен.
      3. Доверяй тому, кто идёт по жизни с тобой рядом.
      4. Обнимай его крепко холодной ночью.
      5. Показывай ему свою заботу.
      6. Откройся... и... прими его таким, какой он есть... Бе-зус-ло-вно!
Неписанные правила отношений
      <<♦>> — Он не может вернуться. Это его судьба...
Из японск. худ. к/ф-ма «Амфитамин»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Мне не по себе. Может, он на меня запал?
      — То есть?
      — Не знаю. Может, я его сам спровоцировал? Чёрт! Может, я – гей?
      — Хэнк, брось! Мы все – геи!
      — Что за хрень?
      — Я серьёзно!
      — Я вижу, и меня это пугает!
      — Вот представь: мы вдвоём оказались на необитаемом острове.
      — Это мне уже не нравится!
      — Рано ил поздно я бы тебе засадил!
      — Возможно, я доступен, но не настолько! И мне не нравится подставлять задницу!
      — Ну, тогда ты мне засадишь!
      — Разве что, кулаком!
      — Это как сам захочешь! Я имею в виду: мы все – животные!
      — Очень может быть, но это животное предпочитает уютную женскую киску!
      — Но когда киски поблизости нет, мужчины остаются мужчинами! И пользуют мальчиков!
      — Ты много об этом думал, да?
      — Всё так же, как было в детстве. Понимаешь меня?
      — Нет, не понимаю!
      — У каждого пару раз в жизни был гомосексуальный опыт!
      — Ладно, я понял! Ну, давай расскажи о своём гомосексуальном опыте!
      — Нет, нет! Сначала ты!
      — Нет, лысык вперёд!
      — Ладно, хорошо. В детстве моим лучшим другом был Майкл Мэтц. Так вот, иногда мы раздевались, ложились в кровать и... ты понимаешь... трогали друг друга. Хотя геями не были! В этом не было сексуальности. Мы просто проявляли свою друг к другу! Чисто по-дружески и только!
      — Но с тобой мы тоже друзья. Однако ты меня не просил раздеться и трогать твоё тело!
Из америк. худ. сериала «Калифрения»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Такое бывает только раз в жизни! И пускай летит всё к чёрту!
Из худ. к/ф-ма «Приваловские миллионы»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Опять проблема пола!
      — Но поставленная остро!
      — Человечество, наконец, должно покончить с этим проклятым вопросом!

Из худ. к/ф-ма «Сёстры», 1957 г.
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Обожаю удивительные свойства его души – верность, благородство, умение любить! Обожаю, обожаю эти волшебные чувства, которым никогда, никогда не придёт конец.
Из худ. к/ф-ма «Золушка», 1947 г.
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Любовь – это не чувство!
      — А что же?
      — Дар божий! 
Из америк. худ. к/ф-ма «Влюбиться в невесту брата»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Они никогда не упустят возможность упустить возможность! 
Из америк. худ. к/ф-ма «Шерлок Холмс»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Вы – сумасшедшие!
      — Такова природа любви, Астрид!
      — Нет! Любовь разумна! Вы оба заставили меня это вспомнить!
Из америк. худ. к/ф-ма «Андромеда»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Слава богу, я стал собой!
      — Ненадолго!
Из америк. худ. сериала «Андромеда»
<<♦><><♦>>
       <<♦>> — Почему ты так ненавидишь мою чистоту?
      — Чистоту?
      — Ты – лицемер и ханжа!
      — Я тебя ненавижу, Ромальо!
      — Нет, это не так! Ты любишь меня, даже, может быть, слишком сильно любишь! Думаешь, я ничего не заметил? 
Из ит. худ. к/ф-ма «Выдох»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Я готов быть твоим любовником, но не твоим партнёром.
      — Успокойся, Прикур, ты никогда не будешь ни тем, ни другим. Чтобы стать моим любовником, тебе придётся сложить свой инструмент пополам, иначе я его не почувствую! А что до партнёра, то я предпочту играть вон с тем стулом! 
Из фр. худ. к/ф-ма «Маркиза»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Остановитесь! Не делайте этого! Я... люблю вас! Правда! Ваш... ваш опыт удался! Я... я полюбила вас! Готова ехать с вами, хоть на край света! Вы, граф, умный, нежный, а главное – несчастный! Вы без меня пропадёте!
      — А как же я?
      — Такова судьба, Лёшенкька! Будем страдать! Страданиями душа совершенствуется. Вот папенька... Папенька говорит, что одни радости вкушать недостойно.
      — Да пропади он пропадом, ваш папенька, с советами своими! Без вас мне и жить незачем! Дайте мне пистолет ваш, граф!
      — Нет, нет, граф, не давайте!
      — Дайте!
      — Нет! Если ты умрёшь, я тоже жить не стану! А я... я сердце остановлю! Меня граф научил!
      — О, господи! Зачем я вас встретил! 
Из худ. к/ф-ма «Формула любви»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Назад!
      — Что?
      — Назад, говорю! Вы испортили мне всё удовольствие!
      — Чёрт! 
Из худ. к/ф-ма «Женщина в розовом цвете»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Я знаю, мы согрешили! Но сердце мне говорит, что мы сделали всё правильно!
      — Моё сердце поёт!
      — Я был ласков?
      — Не беспокойся об этом! 
Из америк. худ. к/ф-ма «Графиня»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Юноши не постоянны. Они думают, что впереди вся жизнь! Но смерть забирает нас прежде чем мы успеваем вкусить любовь! Любовь рядом – мы не замечаем её. Прошу, скажи, что ты не обманул меня! 
Из америк. худ. к/ф-ма «Графиня»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Приведите мне девственницу! Или хотя бы мальчика!.. Нет, не надо мальчиков, бог создал их по своему подобию! 
Из америк. худ. к/ф-ма «Графиня»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Как сказал Святой Августин, мама, «Боже, дай мне жену, но не сейчас!» 
Из фр. худ. сериала «Борджиа»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — А я тебя люблю, Лика! Окружающие, вы меня поняли?
      — Тебе хватит действительно пить!
      — Ага! Зажим! Итак, мы обсудили, что такое победа, а теперь мы обсудим, что такое любовь! Слово Герою Советского Союза Марату Евстигнееву!
      — Слушай, ты ведь болтаешь, болтаешь – уши вянут! Но если хочешь знать, настоящий-то мужчина и без любви может прожить!
      — Прекрасно! Как стать настоящим мужчиной? 
Из пьесы Алексея АРБУЗОВА «Мой бедный Марат»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Он меня любит! Любит! Кто-то на земле меня любит! 
Из итал. худ. к/ф-ма «Рокко и его братья»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Я – не все! Я не хочу устраиваться, как все! 
Из худ. к/ф-ма «Благословите женщину»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Сир, вы прекрасны, прекрасны! 
Из худ. к/ф-ма «ДʼАртаньян и три мушкетёра»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Не знаю, зачем я вам всё это рассказываю... В моей жизни не было ничего приятного или интересного... 
Из америк. худ. к/ф-ма «Извините, вы ошиблись номером»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Что-то мне не нравится твоё настроение!
      — Ничего, к утру пройдёт.
      — А зачем же ждать до утра? 
Из худ. сериала «Цыганки»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Мне жаль, детка!
      — Я знаю! Мне тоже! 
Из америк. худ. сериала «Калифорния»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Не умирай, иначе после твоей смерти я буду ненавидеть всех женщин на свете! 
Из худ. к/ф-ма «Откинь гигантскую тень»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Что произошло, то произошло! 
Из худ. сериала «Ермоловы»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Но бывает, мы чувствуем себя хорошо, полны надежд, радуемся перспективе нового романа. Мы абсолютно не подозреваем, что наш мир рухнет нам на голову... 
Из англ. худ. сериала «Отель “Вавилон”»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Я буду по тебе скучать, друг!
      — И я по тебе!
      — Говорят: дружба – великое дело! 
Из америк. худ. сериала «Калифрения»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Я о своих намерениях сообщил. Любовь найдёт способ восторжествовать! 
Из америк. худ. сериала «Калифрения»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Дорогой самодержец, мы пропали!
      — Я требую продолжения банкета!.. Как пропали? Почему? 
Из худ. к/ф-ма «Иван Васильевич меняет профессию»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — «Но поезд, мой поезд уходит!
      Уплыл белый мой пароход!»
Из худ. к/ф-ма «На Дерибасовской хорошая погода» или «На Бейкер-Бич опять идут дожди»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Я приду в толпе и всё ж,
      Я в пустоте!
      Нет, того, кто всех дороже –
      Все не те!
      Долго ль жить одному на свете –
      День ли, год?
      Кого хочу я встретить,
      Пусть придёт!
Из песня польск. худ. к/ф-ма «Особняк на Зелёной», 1963 г.
<<><♦><><♦><>>
0_99909600_1221681050.jpg
 icon1.gifAspicitur, non attrectatur23
icon2.gif ПОРТРЕТ В ИНТЕРЬЕРЕ
••>> Эдд <<••
<< [оперативный псевдоним «Лòри»] >>
<<•• ЧУВСТВО ЦЕЛИ ••>>
(продолжение)

      Люди живут поступками, а не идеями.
Анатоль ФРАНС
<<••>>
      Разум дан человеку для того, чтобы он разумно жил, а не для того только, чтобы он понимал, что он неразумно живёт.
Виссарион БЕЛИНСКИЙ
<<••>>
      Считаю насилие естественным для человеческой природы. Человек – лишь материал для всех видов террора.
Маркиз де Сад

       ...Около восьми утра где-то наверху послышались топот, звон разбитого стекла… Потом вдруг неожиданная короткая автоматная очередь и плохо различаемые команды-вскрики (кажется: «Стоять!», «К стене!»). Затем по лестнице и в коридоре послышались множество шагов.
      Эдд надел пиджак.
      — Здесь, товарищ генерал!
      — Открывайте!
      Заскрежетал ключ в замке. Дверь со скрипом отворилась. В камеру вошёл генерал-лейтенант ГРУ, начальник Эдда, приземистый полковник милиции, Тимур Крылов и Сергей Зайченко – два лейтенанта из спецназа ГРУ, которых Эдик хорошо знал (оба с автоматами и в камуфляже). Сержант Северцев остался у дверей. В коридоре стояли ещё четыре бойца спецназа, по внешнему виду можно определить: мордовороты.
      — Чего это вы здесь разлеглись, майор? Вы что, забыли, что на службу надо приходить вовремя?..
      Эдик даже не улыбнулся.
      — А вы здесь неплохо устроились! Как вас принимали коллеги из МВД? Вижу: плохо, плохо принимали!
      — Мои документы, оружие, ключи и деньги...
      — А вот то, что вашим оружием овладели – это никуда не годится, если... Если сие не продиктовано более высокими планами!
      — Продиктовано, товарищ генерал!
      — Да? Как говорят в Одессе, «да вы ШО»?
      — Сейчас всё вернут! — вставляет полковник милиции. — Я приношу вам, майор, извинения за своих подчинённых. Они вас перепутали с одним преступником, который...
      — Да ладно вам! За других извиняться всегда легко, товарищ полковник! Я вчера перед задержанием проходил медкомиссию. Следов побоев зафиксировано не было. А сейчас...
      Эдик расстёгивает сорочку и распахивает её вместе с пиджаком...
      — О, господи! Ну, я им!..
      — Нет! Теперь я им!
      — За мной! — говорит генерал-лейтенант.
      Выходя из камеры, Эдик бросает сержанту:
      — Идемте!
      Они поднимаются по лестнице. Проходят по коридору, где лицом к стене выстроены все менты отделения, стоящие с руками на затылке. У дежурного по отделению вдрызг разбитое (очевидно, прикладом автомата спецназовца) стекло. Входят в ту самую комнату.
      Красивый и стройный лейтенант Воротов вскакивает с дивана. Капитан поднимается и выходит из-за стола. Откашлялся:
      — Извините, товарищ майор! Ошибочка вышла!
      — Мои документы, оружие, вещи, деньги!
      — Пожалуйста!
      Эдд проверяет удостоверение, ключи от машины и от сейфа кладёт в карман. Проверяет обоймы пистолета, перезаряжает его. И вдруг поворачивается и делает выстрел в портрет министра внутренних дел, висящего над шкафом. Пуля попадает в лоб фото министра и портрет с шумом падает, стекло разбивается. Эдд прячет оружие в плечевую кобуру. Затем открывает портмоне. Пересчитывает деньги. В отделении оказалось на пятьсот рублей больше! Пятьсот! Это были большие деньги!
      «Ах, ты хочешь расплатиться со мной за вчерашнее? Ну-ну!»
      — Это не мои деньги! У меня семьсот, а никак не тысяча двести! — Эдд бросает ментовские сотенные купюры на стол.
      Капитан заулыбался:
      — Вы просто забыли! Уверяю вас, это ваши деньги!
      — Я так и думал! — улыбаясь, говорит Эдд, пряча портмоне в боковой карман и не притрагиваясь к тем пяти сотням.
      И тут же резко наотмашь даёт капитану мощную пощёчину. Голова мента дёрнулась, он автоматически замахнулся на Эдда кулаком, чтобы ударить, однако когда голова возвращается в исходное положение, его лоб упирается в ствол пистолета Эдда.
      — Не стоит теперь махать кулаками! Вы ещё этого не поняли? Мой начальник, товарищ генерал-лейтенант, может подтвердить: решением Верховного Совета и Совета Министров СССР мне дано право застрелить любого, кто будет мешать мне проведению нашей операции. Вы оказались у меня на пути! Хотите ощутить дырку в голове?
      Капитан горько усмехнулся, опускает руку со сжатым кулаком.
      Эдик прячет ствол в кобуру и тут же новая пощёчина капитану, ещё сильнее, чем прежде, можно сказать, от души. И снова ствол, мгновенно оказавшийся в руках разведчика, нацелен в ментовский лоб.
      — Ну, что вы, капитан, это пока не больно! — мило улыбается Эдд. — Теперь вы с этими пощёчинами будете ходить всю жизнь! Как офицер милиции!
      И прячет оружие, делая пару шагов назад. Потом тут же делает прыжок вперёд-вверх к капитану и мощно бьёт его, в прыжке, коленом под дых, тот переламывается и тут же получает локтем мощный удар по затылку.
      Мент открытым ртом начинает хапать воздух. И тогда Эдд хватает его за волосы и сильно бьёт лицом о колено. Выпрямляет, видит разбитое в кровь лицо, разбитый нос и рассечённую губу, но всё равно снова бьёт его кулаком в солнечное сплетение. Снова разгибает и от всей души вмазал противнику в зубы.
      Капитан только охнул.
      — Я же предупреждал вас: утром вы почувствуете себя не в своей тарелке! — почти полушепотом говорит Эдд.
      Милицейский полковник даже не смотрел, как начали избивать его подчинённого. У двери он мило беседовал с генерал-лейтенантом, будто в комнате ничего такого серьёзного не происходит:
      — ...Так, какую вы, говорите, сын купил машину? «Шестёрочку», что ли? Ну и как?..
      А Эдд продолжал наносить удары по почти уже не сопротивлявшегося, вчера ещё грозного врага.
      Тут к нему подскакивает лейтенант спецназа Тимур Крылов, один из тех двоих, что зашли с генералом в камеру Эдда. И пытается его оттащить от окровавленного противника:
      — Товарищ майор! Товарищ майор! Извините, ради бога! Не могу смотреть, когда бьют... другие! Позвольте!
      — Он ваш! Научите его уважать офицеров разведки!
      Крылов за волосы запрокидывает голову мента назад и с силой вмазал ему полусогнутыми пальцами в печень! Даже Эдд поморщился. Зайченко, второй лейтенант, поднимает упавшего капитана с пола. И офицеры спецназа ГРУ начинают ударами футболить свою жертву друг другу. Да не просто ударами, а ударами профи.
      Эдик посмотрел на милицейского сержанта. Тот был... нет, не испуган, но явно потерян. И лицо его как-то не светилось, померкло: он понимал, что Эдд его трогать не будет! Во-первых, именно он оттащил от него капитана, когда тот явно перешагнул грань дозволенного, а, во-вторых... он же всё-таки по поручению Эдика позвонил. Но то жестокое избиение коллеги по милиции, его начальника, можно сказать, на глазах своего начальства-полковника и что тот даже не делает попытки вступиться за подчинённого... Это что же за система такая, в которой они служат?
      Но Эдуарду не до сержантских переживаний. Он отыскивает взглядом Воротова. Милицейский лейтенант сидел за торцом дивана и всё бы сейчас отдал в жизни, чтобы превратиться в маленького-маленького тараканчика, который мог бы запросто спрятаться в щель под плинтусом. Он по-детски зажал рукой свой рот и широко открытыми от ужаса глазами смотрел, как большое сильное тело его начальника превращается в кровавый комок! Ведь у этого, вчера доставленного майора, есть оказывается, разрешение убить любого из них. Но помнил, как задержанный вчера предупреждал его простой фразой: «Вы ведь такой красивый!.. А завтра можете остаться без зубов!»
      О, господи! Как легко бить, зная о своей безнаказанности!
      От Воротова Эдика отвлекает клацанье автоматного затвора. Он повернулся. Капитан лежал в небольшой лужице своей крови на полу без движения. Крылов вскинул готовый к короткой очереди автомат и посмотрел на Эдда.
      Их взгляды встретились. И Эдуард понял: Тимур Крылов, внешне такой милый мальчик, был убийца! Его таким сделала служба. И ему эта роль нравилась! Если надо этот убьёт, не задумываясь особо и не жалея потом ни о чём!
      Секунду длилась эта пауза. Секунда отделяла капитана от смерти.
      И тут Эдик отрицательно качнул головой:
      — Нет! Для него это слишком просто! Пусть живёт! Если сможет... Затрудните ему эту жизнь! — Тут капитан зашевелил ногами, по-видимому, намериваясь собрать остатки сил, чтобы встать. — Но сделайте так, чтобы он больше никогда не смог избивать арестованных! Никогда!.. Не ясно? Чтобы по состоянию здоровья он был бы не годен к службе в милиции не только в мирное время, но и в военное!
      Тимур улыбнулся, ставит десантный АК на предохранитель, забрасывает его за плечи. Затем сильными руками поднимает милиционера за ворот…
      М-да! В спецназе бить умеют!
      После такого удара в пах, а потом согнувшемуся телу по почкам... Нет! Здоровья капитану теперь можно только занимать!
      Жалко ли было Эдду этого человека? Как это не обидно за разведчика – нет. И тут следует нам подумать о самом главном изобретении человечества – законах. Они, только они сдерживают нас и не дают превратиться в зверей по отношению друг к другу! А когда вам сотворили сознательное зло, и вы не можете расправиться с обидчиком, как он того заслуживает, что может быть разрушительнее для Справедливости, и для вашей психики! Неслучайно у мушкетёров времён Д'Артаньяна были и здоровые нервы, и здоровое сердце! Потому что, чуть что – шпага оголена и обидчик повержен ударом шпаги в глаз, в грудь или в живот! В наше время это невозможно, если... Если у вас нет «лицензии на убийство»!
      Эдик снова находит взглядом лейтенанта Воротова.
      — Ну, лейтенант, теперь ваша очередь!
      Он подходит и с силой извлекает милиционера из укрытия. Автоматически тот поднял руки, чтобы защитить своё красивое лицо от удара.
      — Руки!
      — Ч-ч-что?
      И тут же получает сильный удар в пах!
      — Мммммм! — согнувшись, застонал Воротов, даже не делая попыток разогнуться.
      Эта поза ему показалась безопасной для его красивого, очень красивого лица. И тогда его за волосы разгибает Эдуард.
      Их глаза встречаются. Сколько в них было мольбы. И страха боли.
      — Я уже не держу на вас зла, лейтенант! — тихо молвит Эдд. — Но я хочу, чтобы вы запомнили это задержание и избиение человека ни за что! Чтобы боль осталась от сего, чтобы вкус крови у вас остался во рту. И вы навсегда запомнили, что значит поднять руку на офицера разведки!
      Тут же отработанным ударом, вкладывая весь вес своего тела, бьёт в челюсть Воротова. Вы не поверите: ноги лейтенанта только и мелькнули. И он, отлетев на несколько метров, падает на распластанного от очередного удара спецназовцев в собственной крови капитана.
      — Да что же ты такой... красивый, но неловкий? — возмущается Сергей Зайченко, поднимает его своими сильными руками и тут же со всей силы наносит мощный боковой удар в лейтенантскую скулу.
      Голова Воротова мотнулась от удара вправо.
      — Стоять, дорогой! — и новый удар просто снимает челюсть молодого милиционера с подвесов.
      Затем мощным тычком локтя подошедшего спецназовца Крылова лейтенант отправляется на пол в лужу крови своего начальника. Его поднимают. Он в сознании и с окровавленным лицом. Даже в крови, оно было всё ещё красиво!
      Зайченко находит взглядом глаза Эдда. Тот едва кивает. И мощным ударом в челюсть Воротова отбрасывает к стене. Лейтенант сползает на пол, долго кашляет и начинает плеваться... своими зубами...
      Спецназовец идёт к нему.
      — Достаточно! — останавливает лейтенанта Зайченко Эдд. — Ему хватит!
      Поворачивается к генералу:
      — Товарищ генерал...
      — Ну ладно, полковник, — говорит тот собеседнику. — Нам, пожалуй, пора! — Протягивает полковнику милиции руку. — Рад был пообщаться! Надеюсь, вы понимаете, что, кому и о чём можно говорить! Да, даже в столице у нас всё ещё много подонков, которые вчера ночью напали на офицеров милиции! Или вы нас проводите?
      — Проведу... Что ж с вами сделаешь?
      И разведчики с милицейским полковником устремляются к выходу.
      — Руки можно опустить! — командует ментам у стены один из сержантов спецназа ГРУ.
      — И не дай бог вы ещё тронете кого-нибудь из задержанных, которые скажут вам, что они из разведки! — говорит Тимур Крылов, проходя мимо строя. — Не дай бог!
      Генерал-лейтенант, Эдд и семенивший рядом полковник-милиционер уже вышли на улицу, когда сзади послышался звон разбитого стекла. Это только что вставленное остекление у дежурного по отделению вновь было превращено в осколки ударом приклада автомата одного из бойцов спецназа. Видимо, страсть к крушению – в крови каждого человека.
      — Ну, зачем? — поморщился полковник.
      — Товарищ генерал, у меня машина на ||||||||||||||||||||||| рынке, — говорит Эдд. И тихо добавил: — Мне надо... в аэропорт!
      Генерал удивлённо глянул на Элуарда. Потом, всё поняв, кивнул:
      — Садитесь!
      Они усаживаются в генеральскую «Волгу». Спецназовцы загрузились в свой автобус.
      Но тут генерал поднимается со своего сидения. Жестом подзывает Крылова из автобуса. Тот мигом оказывается у «Волги».
      — Возьми «Крота» (лейтенанта Зайченко) и поедете с «Лори». Сегодня вы за него головой отвечаете! А четвёрку умелых ребят брось в аэропорт. Если нужно будет, почистите там всё!
      — Есть! — заулыбался Тимур.
      Через минуту Крылов и Зайченко разместились на заднем сидении генеральского авто вместе с Эддом...
      У рынка генерал высадил разведчиков, отвёл Тимура в сторону и что-то ему внушал. Затем, не глянув на Эдуарда, сел в авто и укатил. Эдд тем временем подошёл к своей машине. Букет роз так и остался лежать сверху и уже привял, никто на него не позарился.
      Эдуард швырнул цветы в стоявшую неподалёку урну. Вернулся к «Волге», отпер двери, усадил лейтенантов и пошёл на рынок. Выбрал самый пышный, самый красивый букет из двадцати (по числу прожитых Алексом лет) тёмно-красных, как запёкшаяся кровь, роз. Протянул миловидной женщине сотенную купюру. Но у той не оказалось сдачи. У соседей – тоже. И торговка, попросив подождать, побежала разменять деньги. Пришлось Эдду ожидать. Отсутствовала она долго, где-то 5-7 минут. Эти 5-7 минут и сослужили роковую службу!
      На рынке оказался помощник начальника Второго Главка КГБ, тот самый капитан, которого когда-то оттолкнул Эдд, чтобы войти без спроса в кабинет генерал-лейтенанта КГБ в день гибели Алекса. Профессиональным взглядом контрразведчика капитан-то и приметил Эдда, стоящего с букетом. Капитан так и не нашёл для себя объяснения, почему Эдуард покупает розы, хотя, насколько ему известно, тело Алекса было отправлено вчера и было сделано всё, чтобы этот военный разведчик в аэропорту не оказался. Кажется, это удалось. А тут снова цветы!..
      Повинуясь безотчётному чувству, он, быстро подошёл к телефону-автомату. И, поскольку его шеф был в командировке, позвонил заместителю руководителя Второго Главка полковнику Ладынину.
      — На рынке? — тоже удивился тот. — Сейчас? С розами? А... а зачем?
      — Я не знаю, товарищ полковник! Мне это тоже показалось странным! Поэтому и звоню вам!
      — Хорошо!
      Полковник Ладынин медленно кладёт трубку. Затем потемнел лицом от пришедшей в голову догадки, снимает её и быстро набирает номер МИДа.
      Выяснить, что отправка тела Алекса была не вчера, а состоится сегодня, не составило большого труда!
      — Ну, стервец! Обвёл! Обвёл вокруг пальца! Как мальчишку!..
      И полковник стал приводить в действие намеченный на вчера план «Застава», по которому следовало воспрепятствовать Эдду попасть в аэропорт! Для срочного вызова некоторых должностных лиц МВД, милиции и ГРУ было задействовано всё, даже личные связи Ладынина в Административном отделе ЦК партии.
      — Знал, знал ведь я, что этот «Лòри» не прост... Ох, не прост! — метал молнии в кабинете полковник. — Вот почему он так легко и дал себя обезоружить! Поэтому и взяли его без помех!.. А я... Старый дурак! Хоть и обратил на это внимание, но не задумался – почему! Провёл! Провёл, как несмышлёныша!..
      Одновременно была дана команда ГАИ на задержание Эдика. И снова под любым предлогом.
      Кабинет быстро наполнялся действующими лицами и исполнителями плана «Застава». От военных разведчиков шеф Эдда не прибыл, сославшись на срочное совещание, вместо себя генерал-лейтенант ГРУ прислал Юрия, который один из немногих был посвящён в проводимую совместно с КГБ операцию.
 1595956_max_malvicino_011.jpg
 Hic cinis, ubique fama24
 
      <<♦>> Раскрывая малейшие тайны, будь осторожен, не погибни. Ведомый вопросами, предстань перед лицом правды.
Загадка Мурти № 3. Уловка паука
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Самый яркий свет невидим. Он светит в твоих делах и греет Вселенную.
«Хроники смелости и убеждений капитана Ханта», центурий 9817
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Жизнь без достойных идеалов не приносит никакой радости.
Б.С. ФОРБС
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Время от времени следует отдохнуть от безделья.
Жан КОКТО
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Завтрашний день покажет, вчерашний научит смотреть.
МЕЙДЗИН (наст. имя Алексей ГУСАРОВ)
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Раздался звучный глас Петра:
      «За дело, с богом!» Из шатра,
      Толпой любимцев окруженный,
      Выходит Пётр. Его глаза
      Сияют. Лик его ужасен.
      Движенья быстры. Он прекрасен,
      Он весь, как божия гроза.
Александр Сергеевич ПУШКИН, «Полтава»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Ты живешь в своих поступках, а не в теле. Ты – это твои действия, и нет другого тебя.
Антуан де Сент-ЭКЗЮПЕРИ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Любой шаг в жизни может показаться незначительным. Но ступить важно! Ведь за тебя этот шаг никто не сделает.
Махатма ГАНДИ
<<♦><><♦>>
 
      <<♦>> Мне уже ничто не может повредить. У меня такое чувство, что на мне надеты прочные доспехи.
Майкл ДЖЕКСОН
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Есть ребята-универсалы, которые могут делать всё, но не настолько ярко.
Из репортажа о велопробеге
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Ты пришёл в этот мир не для того, чтобы жить в соответствии с моими ожиданиями. Так же, как и я пришёл сюда не для того, что бы оправдать твои. Ты – это ты, а я – это я. Если мы встретимся и поладим – это прекрасно. Если нет – то ничего не поделаешь...
Фредерик С. ПЕРЛЗ
<<♦><><♦>>
      <<♦>> Труднее быть в течение недели порядочным человеком, чем героем в течение пятнадцати минут.
Жюль РЕНАР
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Мы были плохими подданными, но отличными учениками!
Из худ. сериала «Андромеда»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Ну что, она дала Дятлову по роже?
      — Нет.
      — А по яйцам?
Из тел. худ. сериала «Школа»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Ну, глядите вы у меня, черти не нашего бога!
Из худ. сериала «Цыганки»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Стоп! Я говорю: стоп! Пока вы спорите о процентах, я понял, что вы в полной заднице! Дело на самом деле нереализуемо!
      — Ну вот! Здрасьте! Приехали! Но почему? Надо идти до конца!
      — «Почему», «почему»! Потому что ни я, ни вы не смыслим в деле!
Из франко-итал. худ. к/ф-ма «Король фальшивомонетчиков»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Вам лучше?
      — Прихожу в себя!
      — Здесь хорошо спится, правда?
      — Спится везде хорошо! Когда это кому-то надо!
      — Что вы хотите этим сказать?
      — Ничего!
Из фр. худ. к/ф-ма «Хищники»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — А сейчас, как ты себя чувствуешь?
      — Да как-то стрёмно!
Из худ. сериала «Школа»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Вообще, когда начинаешь действовать, всё не так просто!
Из польск. худ. к/ф-ма «Особняк на Зелёной», 1963 г.
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Андрей, ты готов?
      — Готов!
Из худ. к/ф-ма «Осенний марафон»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — С Бахировым будем кончать!
Из худ. к/ф-ма «Битва в пути»
<<♦><><♦>>
      <<♦>> — Муля, за мной!
Из худ. к/ф-ма «Подкидыш»
<<♦><><♦><><♦>>
0_1_51.jpg
      ...Эдд, получив деньги, неспешно пошёл к выходу. Он не торопился. А напрасно! Сейчас в его планах многое решали минуты!
      Выйдя с рынка, разведчик направился к машине. И тут замечает примчавшийся милицейский «Жигуль» и выходящего из него... того самого капитана Хохлова. Увидев Эдда с цветами, он одутловато подходит к нему:
      — Права! — вырывает водительские права из рук Эдда. — Вам придётся пройти с нами!
      — Что? Опять! Передо мной уже извинилось ваше начальство!
      — Так! Ничего не знаю! Руки на машину! — и с силой разворачивает Эдда к себе спиной.
      Эдик увидел, как лейтенанты спецназа делают попытку выйти из «Волги», но едва заметно отрицательно качнул головой. Бережно кладёт цветы на крышу авто.
      Привычными движениями Хохлов обыскивает Эдуарда, ведь он знает, что тот вооружён, знает, где у него пистолет.
      И снова та же ментовская ошибка.
      «Придётся научить!» — подумалось Эдду.
      Как только правая рука Хохлова оказалась с левой стороны тела разведчика, Эдд произвёл захват кисти с её заламыванием, и, навалившись всем телом, одновременно используя момент движения жирного тела милиционера вперёд, Эдик бьёт виском толстяка о верхний косяк автомобиля. В падении добавляет ему коленом в челюсть, отчего Хохлов со всего маха ударяется затылком об асфальт. Фуражка мента откатывается.
      Лейтенант милиции, стоявший у своих канареечных «Жугулей», потянулся к оружию:
      — Сто... Стоять!
      Выскочившие из машины спецназовцы с автоматами заставили его отказаться от попытки извлечь ПМ из кобуры. Он поднял руки на уровень лица и покачал кистями рук: мол, всё в порядке, я ничего делать не собираюсь, только не стреляйте!
      Хохлов, потирая затылок, которым он грохнулся оземь, попытался встать, но ударом локтя в челюсть слева резко присевшего к нему Тимура снова был опрокинут навзничь.
      — Обезоружить? — интересуется Сергей Зайченко, не отводя взгляда от милицейского напарника Хохлова.
      — Не стоит! Это лишнее! Возись потом с описями на сдачу пистолетов и припасов к ним, — проговорил Эдик. — По коням!
      Эдд берёт с крыши букет и усаживается в кабину. Цветы кладёт рядом на сидение.
      — А если начнут палить?
      — Садитесь! Пусть палят! Машина казённая, бронированная, шины из особого состава, стёкла пуленепробиваемые!
      — Товарищ майор, да?
      — Товарищи лейтенанты-разведчики, да! В машине вы – как у Христа за пазухой! У мента же нет гранатомёта?
      — Кажется, нет! — ухмыляется «Крылышкин».
      И все трое почти одновременно захлопывают дверцы.
      Эдд запускает мотор, страгивает «Волгу» с места и быстро набирает ход.
      Лейтенант-милиционер уже опомнился, вытащил табельное оружие и успевает сделать пару выстрелов по уходящим «преступникам». Хлопки пуль по заднему стеклу машины и куда-то ещё показали, что стрелять почти в упор милиционер умел.
      — Здòрово! — восхитился Тимур Крылов. — А так, по движению двери и не скажешь, что она тяжёлая и отличается чем-то от обычной «волговской» дверцы!
      — Это не ты здесь открываешь и закрываешь двери, а специальные гидроусилители! Ты только ведёшь дверцу, а работают они. Поэтому и такая лёгкость, тяжесть не чувствуется! Так же и с подъёмом и опусканием стёкол! Не ты их опускаешь и поднимаешь, а электроприводы. А ты только ручкой даёшь им команды на движение стёкол в ту или иную сторону! Но ручки пришлось конструктивно затяжелять, чтобы не отличались от обычных «волговских».
      Сергей и Тимур, каждый со своей стороны попробовали приоткрыть стёкла.
      — Слушай, Серёга, класс! — глаза у Тимура горели как у ребёнка, которому показали красивую игрушку и научили с ней обращаться. — Почти как на отцовской «Волге», никакой разницы не чувствуется! Ну, блин, придумали!
      — «Ноу-хау» КГБ! Стекло бронированное, а толщина отличается лишь на пару миллиметров от обычного! — добавил Эдд, наблюдая в зеркальце, как из-за поворота с воем сирен выскакивает «Жигуль» капитана Хохлова. — Быстро они, однако, оклемались! — добавил Эдик, кивнув на зеркальце заднего обзора.
      И оба спецназовца, бросив баловаться стёклами авто, одновременно обернулись назад...
      «Странно всё это! Откуда они взялись? Всё же сработал, вроде, чисто? — думал Эдик. — Почему снова им дали команду на задержание?.. И кто?.. Ладынин!.. Но как он узнал?.. Шеф поделился?.. Да нет! Генерал не станет им помогать! И спецназовцев не дал бы мне в охрану!.. Тогда что? Кто-то увидел меня с цветами? Хитрый лис! Неужели не заметили хвост?»
(Продолжение следует)
pastarchives.jpg
      Напоминаем, что оценить представленный материал вы можете не только в комментариях, но и с помощью выставления оценкиЛУЧШИЙ-ХУДШИЙ  (по пятибальной шкале) и нажав клавишу РЕЙТИНГ вверху страницы. Для авторов и администрации сайта ваши оценки чрезвычайно важны!
_______________________
      1 Esse, quam videri! (лат.) – быть, а не казаться!
      2 Nuda veritas (лат.) – Голая истина. 
      3 Caput lupinum (лат.) – Дословно: волчья голова. (О человеке, объявленном вне закона.)
      4  Стихи Давида Висмана.
      5 Dum vivimus vivamus (лат.) – Будем жить, пока живётся.
      6 Infellicissimus genus infortunii est fuisse felicem (лат.) – Величайшее несчастие – быть счастливым в прошлом. (Из Боэция).
      7 На стихи С. Патрушева.
      8 Wellkommen in Konzentrationslager, kleine elegantische Schweinchen! Nicht erwagen! Setzen sich! Schnell-schnell! (нем.) – Добро пожаловать в концлагерь, маленькая элегантная свинка! Не рассуждать! Садись!.. Быстро!
      9 Sprechen Sie Deutsch, mein lieber SS-Sturmbanfurer? (нем.) – Вы говорите по-немецки, мой любимый штурмбанфюрер?
      10 Naturlich, mein teuer Gefangene! Stechen Sie! (нем.) – Естественно, мой дорогой заключённый! Стоять!
      11 Auf allen vieren? (нем.) – На четвереньках?
      12 Nein, hinstelle Krebs, Donnerwetter! (нем.) – Нет, раком, чёрт возьми!
      13 O, mein Gott! Wunderbar! (нем.) – О, боже! Чудненько!
      14 SS-Sturmbanfurer!.. Dich ist es vollkommen schatzen nicht! Du sollst sein, wie mindestens der Oberst! (нем.) – Штурмбанфюрер!.. Тебя совершено не ценят! Ты должен быть, как минимум полковник!
      15 In der SS waren die Obersten nicht. In der SS - Standartenfuhrern! (нем.) – В СС не было полковников. В СС – штандартенфюреры!
      16 Woher du das alles wei?t? (нем.) – Откуда ты всё это знаешь?
      17 Vom Kamel! (нем.) – От верблюда!
      18 Vale et me ama! (лат.) – Будь здоров и люби меня! (Традиционная формула в конце частного письма.)
      19 Это были интересные исследования по физиологии человека для офицеров разведывательных и контрразведывательных служб стран блока НАТО.
      20 In puris naturalibus (лат.) – В природном виде. Иными словами, в чём мать родила.
      21 Песня из репертуара Татьяны Булановой.
      22 Totus tuus (лат.) – Весь твой. (Употреблялось в письмах.)
      23 Aspicitur, non attrectatur (лат.) – Видно, а не ухватить. Другими словами, «видит око, да зуб неймёт».
      24 Hic cinis, ubique fama (лат.) – Здесь прах, повсюду слава. (Эпитафия на могиле Фридриха Великого).
 

Добавить комментарий

Комментарий публикуется после одобрения его модераторами. Это необходимо для исключения оскорбительных для авторов комментариев.


Защитный код
Обновить


test
    © 2009-2017 гг.   Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов без согласия авторов и без ссылок на данный сайт ЗАПРЕЩАЕТСЯ и будет преследоваться по закону!

Создание сайта студия "Singular"

каркас для гамакагидролок