РАССКАЗ КУРСАНТА ХВВАУЛ Печать
Творчество - Проза


01.jpg
Равиль ХАДЕЕВ,
военный лётчик-испытатель,
выпускник Харьковского ВВАУЛ 1966 года


ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ   

      — ...Тридцать второй на боевом!
      — Тридцать второму атаку разрешаю, мишень семнадцатая!
      — Понял.
      Тааак, чуть повыше надо… Успеть отстреляться. Пятый заход уже, а снаряды не кончаются. Самое гнусное – привезти снаряды обратно. Большего позора не бывает. Топлива хватит ещё на заход, не больше. Вот уже белая мишень в кругу… вписывается в подвижную сетку прицела АСП, можно стрелять…
      «Та-та-та-та-та», — наперебой заспешили слева две 23х-миллиметровые пушки.
      «Дуг-дуг-дуг», — перекрывая обоих застучала справа 37ми-миллиметровая. Как швейная машинка. Голос-то у неё какой! Будто знает она, что на борту она самая могучая в мире. Нет крупнее калибра нигде больше, чем на МиГе. Стараются втроём, залпом, на ремнях вишу, так тормозит от стрельбы... Нет, не закончились опять! 
      — Выводи, — коротко и спокойно подсказал голос.


      Да я уже и так вывожу. Боевой разворот – подо мною мишень, вся в разрывах. Кажется, хорошо всадил. На полигоне тихо, нет того гвалта как на рабочем канале, сейчас всего три самолёта на кругу.
      Поглядываю с опаской на расходомер топлива. Ещё домой топать, да на круг запас нужен.
      …Ещё заход…шестой.
      — Тридцать второй, на боевом!
      — Атака! Мишень двадцать шестая!
      Что это он мне мишень поменял?
      — Понял, тридцать второй? Мишень двадцать шестая. Ту ты всю разворотил! — как будто на мой вопрос ответил.
      Приятно слышать от такого человека такие слова.
      — Понял, двадцать шестая!
      Шестерым в эскадрильи заряжают полный боекомплект. А так, всем положено только по двадцать снарядов в НР-23 и десять в Н-37. Это поощрение такое, его сам Малолин придумал – за успехи. Попробуй весь боекомплект расстрелять за пять заходов!
     Малолин с войны – лётчик. На фронт попал, когда у него налёт был семь часов. Только взлетать научили, а садиться – нет, мишень воздушная для фрицев. Рассказывал. Первые полёты – только хвост ведущего и видел. Кто удерживался в первых двух-трёх полётах за ведущим, живым оставался. Кто не удержался – погиб. Вот это отбор! А сейчас у нас он – «начальник огня и дыма», начальник воздушной, огневой и тактической подготовки полка. Сам полётами на полигоне руководит. Его слово здесь решающее.
      Вот новая мишень в кольце прицела.. Обрамляю…
      «Дуг-дуг…», — замолчала наконец тридцать седьмая. Умолкли и двадцать третьи. Всё… вывожу…
      — Левым разворотом на привод, тысяча четыреста!
      Знает Малолин, что у меня топливо на исходе, напрямую отослал. Ну, а так нормально будет. Хватит дотянуть. Хороший самолёт МиГ-17! Вон полковник Федорец вернулся из Кореи – восемь сейбров сбил. Одного какого-то крутого американоса завалил. Ему потом с ним встречу устраивали. Правда, и самого два раза сбивали. Рассказывал – очнулся от того, что струя воздуха в лицо ударила. Глаза открыл, а впереди дыра и воздух в лицо… Катапультировался, едва успел. Глаза повредил. Теперь тоже нас вот учит. Интеллигентен, всегда спокоен, грубого слова от него не услышишь. Только чуть улыбается, когда поругаться нужно. А Сутягин там героя получил, теперь вот, во Вьетнам уехал, наверное, за второй звездой.    
      Ну, вот и «аварийный остаток» замигал, ничего, хватит теперь!
      Это крайний день на полигон летали, ещё кое-какие долги подтянуть и, третий курс закончен!
      После полётов на разбор уже собираются.
      — Хорошо ты сегодня пострелял! У тебя что, говорят, день рождения сегодня, что ли?
      — Да.
      — А, что ж не сказал?
      — Так от полётов бы отстранили!
      — Ну, ладно, поздравляю. А сколько тебе?
      — Девятнадцать уже!..

 

MiG_17_01.jpg

© Copyright: Равиль Хадеев, 2008 г.